Книга После измены. Вам меня не сломать, страница 42 – Юля Шеффер

— Аглая сейчас у Ольги? — если так, то это более, чем странно.

Своего сына она оставила дома, а сама ушла жить к подруге, у которой маленький ребенок? Не вижу логики!

— Нет ее там, — нехотя признается папа.

Тогда почему он прицепился к этой Ольге? Может быть, что-то еще про нее знает, да мне не говорит? Потому что стыдно?

По большому счету, мне плевать, что там делает Аглая, и где фестивалит. Но если она доведет маму или отца до больницы, хорошо от этого никому не будет. Но и влезать в их разборки я не стану.

Хватит с меня!

— Я правильно понимаю, вы с мамой не знаете, где Аглая сейчас? Тогда пишите заявление в полицию, пусть ищут, — не частного же детектива им нанимать для поиска сдуревшей беглянки.

— Не берут там наше заявление. Говорят, что времени мало прошло. Погуляет и вернется, — открывает мне еще одну тайну папа.

— А ребенок сейчас с кем — с мамой? — пытаюсь собрать общую картину из разрозненных кусочков информации.

— С Олежкой сейчас мама и Эдик. Он же отец, — папа словно оправдывается передо мной за то, что мой бывший муж участвует в жизни своего сына, а они его принимают у себя дома.

А я вдруг с опозданием понимаю — Аглая ведь бросила не только сына, но и Эдика. Вот такой вот пердимонокль! Вот такая вот любовь, которой она тыкала мне в лицо с ехидной улыбочкой.

И что сейчас с этой любовью — вся вышла?..

Чуть скомкано прощаюсь с папой, но прошу его позвонить, если будут какие-то новости.

И тут же набираю другой номер, пусть его владелец простит меня за этот звонок.

— Вов, привет! — и только сейчас осознаю, насколько же поздно я звоню.

— Привет-привет! Что и до тебя новости долетели? — он отвечает мне довольно бодро для глухой ночи.

— Ты про Аглаю? Она у тебя была? — спрашиваю его в лоб.

— Была, да еще так не вовремя приперлась, — хмыкает Вовка. — Стерва! Ты про нее хочешь узнать или про ее подружку? Боишься, что Мишка разорится на алиментах?

Телефонный разговор с Вовкой особо ничего не проясняет ни про Мишиного ребенка, ни про Аглаю. Про нее он категорически отказывается говорить и лишь злобно рычит, что его бывшая жена в очередной раз ему испортила жизнь, и он ей этого никогда не простит. А про якобы Мишиного ребенка Вовка больше стебется, но в конце концов твердо заверяет меня, что ни брачных, ни внебрачных детей у Мишки нет и никогда не было.

Вот только с моим бэкграундом слепо доверять словам мужчин как-то не очень получается, хотелось бы получить достоверные доказательства.

Да и убеждена я, что решать такие вопросы в паре нужно только двоим и в честном, откровенном разговоре, без привлечения третьих лиц.

И лишь после отключения вызова вспоминаю, что так и не рассказала Вовке про соседку. Илина улетела в свою первую командировку, так совпало, в мой бывший филиал в нашем городе и собиралась остановиться как раз в одной из Вовкиных гостиниц. Вот я и хотела его попросить, чтобы он ненавязчиво присмотрел за ней — вдруг приставать кто начнет из постояльцев. Она у нас девушка видная, огненная. Но теперь уже нет смысла ему перезванивать — завтра-послезавтра Илина должна вернуться в Москву.

— Тома, к тебе пришли, — Соня осторожно заглядывает ко мне в комнату ни свет ни заря на следующее утро.

Я почти не спала ночью, поэтому пока не тороплюсь вставать и еще валяюсь в постели в полудреме.