Книга (НЕ)Бывшие. Богом данные, страница 40 – Дора Шабанн

Чтобы лишний раз не нервничать и не психовать, сидя в своей комнате в ожидании осени и возвращения Аля, вышла в библиотеку, где всегда была работа, и наши дамы встречали меня с радостью.

— Ах, Любочка, дети — это так прекрасно! А что счастливый отец? Можно поздравлять?

Поскольку Аль на связь по-прежнему не выходил, то я только пожимала плечами. Как выяснилось позже, на основании этого тётушки сделали свои выводы. И как показала практика, выводы опытных женщин мало отличались действительности.

Грянуло первого сентября.

Прибыв на учёбу, я все же предвкушала встречу и надеялась, что Аль появится, если и не в качестве преподавателя, у которого можно писать диплом, то хотя бы придёт ко мне в библиотеку, как делал всю весну.

Но в библиотеке меня ждал успокоительный чай.

— Любушка, садись. Вот, я тут чайку заварила, — встретила меня начальница.

А потом, когда почти весь чайник был допит, Аглая Семёновна погладила меня по руке и сказала:

— Ты только не нервничай и не расстраивайся сразу. Парланд уволился.

Я выпучила глаза и залпом допила оставшийся на дне кружки чай, а потом выбежала из библиотеки и набрала Аля.

«Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

Быстро написала сообщение во все мессенджеры, социальные сети и на почту.

Выяснилось дивное: во всех соц. сетях я оказалась заблокирована, сообщения мои до него не доходили.

Удивлённая, расстроенная и почти паникующая, вернулась в библиотеку, где Аглая Семёновна вздохнула:

— Что, пропал с радаров?

— Да, вообще, исчез… что-то непонятное происходит. Меня заблокировал везде.

— Эх, мужики такие вещи, вероятно, как-то издалека и заранее чуют. Ну, что ты теперь будешь делать?

Я пожала плечами, подумала и определилась:

— Сейчас к нему съезжу.

— Давай, поезжай, а я пойду на кафедру его, да узнаю, куда наше сокровище подалось, — Аглая Семёновна фыркнула, собрала посуду и жестом отправила меня вон.

Когда я приехала в дом, где находилась квартира Аля, выяснилось, что у меня сегодня день сюрпризов. Консьерж меня узнал, но пожал плечами и выдал:

— Альфред Александрович съехал ещё в начале июня.

'Зачем я плачу пред тобой

И улыбаюсь так некстати?

Неверная страна — Любовь,

Там каждый человек — предатель…'

Э. А. Рязанов «Любовь — волшебная страна»

Люба

На четвёртом курсе, к моему невероятному счастью, практически все общеобразовательные предметы были закончены, и у нас из непрофильных осталось только три курса: по праву, экологи и бухгалтерскому учёту.

Кафедральные спецпредметы я любила, поэтому с удовольствием училась и науке преподавать, и возрастной психологии, и детской педагогике, и прочему, любопытному.

Да, грустила, что упустила момент, когда что-то в жизни сбилось, но сожалеть было некогда.

Моя библиотечная начальница встречала меня в пятницу первой недели сентября… успокоительным чаем:

— История такая: Парланд перевёлся в «Военмех». Причём помчался, роняя тапки, хотя позвали его даже не на профильную кафедру, как пару лет назад. Но в прошлый раз перевод сорвался из-за того, что профессор Ивченко, где-то раздобыл некую звезду российской аналитики чуть ли не в Смольном. Альфред тогда получил от ворот поворот и долго возмущался, что всякие курицы «понаехали».

Я припомнила, что иногда Аль нецензурно припоминал некую Нонну, которая вылезла из глухой дыры и все испортила.