Книга Рождество на ферме «Остролист», страница 17 – Джо Томас

— Здесь нужно прибраться. И что-нибудь приготовить. И узнать, во сколько я смогу забрать папу.

— Хорошо. – Он берет сумку с вещами. Судя по всему, Мэтью не в силах дождаться, когда можно будет ехать. – Какую машину ты возьмешь?

— Папин «Лендровер». Он еще ездит, правда кое-как. – Я смотрю на него в окно. – Или, как вариант, грузовик для перевозки скота. – Я усмехаюсь. – У меня еще есть права на управление им.

— Да уж, я многого о тебе не знал, Джем-овцевод.

— Все будет хорошо. – Мифанви машет рукой. – Все вспомнится… очень скоро.

— И ты точно вернешься к Рождеству… а потом… – Мэтью смотрит на Мифанви и снова на меня, – …поездка! Наше новое приключение.

— Конечно. Я ни за что на свете ее не пропущу. Вернусь к Рождеству и… к тому, что с ним связано…

— А в январе – в Сиэтл! Целую неделю нас будут угощать и развлекать, прежде чем мы…

— Не могу дождаться! – Я неловко улыбаюсь, переживая, что Мэтью выдаст секрет. Да, мы поедем в Сиэтл на неделю, чтобы познакомиться с местом, прежде чем… я наконец соглашусь занять должность и начать работу в феврале.

— Вот это да, настоящая светская жизнь! – Мифанви тихонько смеется и смотрит в окно над раковиной во двор, где снова идет дождь. – Уверена, папа очень тобой гордится.

— Это правда, – говорю я.

— А мама?

— Иногда присылает мне сообщения. На дни рождения и Рождество. Она переехала из Испании в Австралию. И довольна жизнью.

— Мне так тебя жаль. Нельзя было вот так вас бросать.

— Ну с нами были бабушка и дед, так что мы с папой справлялись.

— Да! – Мифанви кивает. – И теперь справитесь. Но я все равно не понимаю, как она могла вас бросить.

При этих словах что-то с силой бьет меня в грудь. Резкая, сокрушительная боль. Мы правда хорошо справлялись – я, папа, дед и бабушка. И все же я не могу не задаваться вопросом: почему она ушла? Неужели совсем меня не любила? Иногда мне кажется, что я именно поэтому так сильно вкладываюсь в работу. Чтобы она поняла, какая я молодец. Чтобы она узнала из редких писем, как хорошо у меня все складывается.

— А потом поедешь в свои Штаты. Красота, – мечтательно продолжает Мифанви, но боль в груди меня не покидает.

— Да, совсем скоро. – Мэтью обнимает меня.

— Ну я пошла. – Мифанви чуть заметно улыбается. – Надеюсь, все сложится так, как ты хочешь. А если до Рождества мы не встретимся, то с Рождеством. Всего чудесного.

— И вам, Мифанви. – Я обуваюсь. Мэтью с ужасом смотрит на мои сапоги и переводит взгляд на соседку.

— Да, с Рождеством, – говорит он, с трудом переключившись обратно на режим гостеприимства.

И вдруг присутствие Мэтью здесь кажется не совсем правильным, как будто он прибыл сюда из какого-то другого, фальшивого мира. Как пластиковая рождественская елка, слишком яркая для своего окружения. Стоя здесь рядом с Мэтью, я чувствую себя кусочком паззла не на своем месте.

Но меня согревает чувство, что я дома.

— Хорошей дороги! – кричу я и машу рукой Мэтью. Когда он садится в свой экологичный электромобиль, я не могу отделаться от мысли, что он слишком спешит уехать, – и все-таки я рада, что он уезжает. Может быть, я просто переживаю за папу. Я хочу сосредоточить свои усилия на его здоровье и убедиться, что с ним все в порядке. – И не забудь закрыть ворота!

Мэтью показывает мне большой палец и медленно спускается по подъездной дорожке, стараясь объезжать выбоины, которые не мешало бы заделать. Как только он скрывается из виду, я возвращаюсь на кухню, не желая выпускать еще больше тепла, и закрываю дверь, чтобы не выбежали собаки. Беру ключи от «Лендровера», натягиваю шарф и папину куртку и выхожу во двор. Сажусь в машину и пытаюсь ее завести. Не скажу, что это легко мне дается – уходит немало времени и возносится несколько отчаянных молитв, но наконец она оживает, дребезжа и вздрагивая.