Книга Исцели меня, страница 31 – Ефимия Летова

— Как вы его оденете, он же связанный, — вступил в абсурдную беседу тот, что пониже, глядя на меня с неприкрытым подозрением. — Да и недолго ему…

Я отступила, обрывая дурацкий разговор на пороге, и захлопнула за собой дверь. Обернулась — Рок уже не спал. Смотрел на меня исподлобья.

— Так, — нарочито спокойно сказала я. — Доброе утро.

— Как мальчик?

— Всё в порядке, вернула его… тётке.

— Хорошо.

Возникло неловкое молчание. Мне бы радоваться, но…

Кажется, с нашими взаимными оскорблениями было проще. Искреннее, что ли.

Не всё ли мне равно?

— Нужно умыться, позавтракать, а потом я попробую тебя одеть. И займёмся дальнейшим восстановлением резерва…

— Придумай, как его восстанавливать по-другому, — отрывисто бросил дрок, отводя глаза.

— Я попробую касаться тебя через ткань и только низа живота.

— Хотя бы так.

Мы снова оба замолчали, и чем дольше тянулось молчание, тем сильнее я ощущала неловкость.

— К Руху завтрак. Давай начнём с одежды.

— Буду премного благодарен.

— Не стоит утруждаться.

Я развернула принесённый куль и обнаружила рубашку и брюки, довольно мятые и поношенные — но чистые и по размеру, вроде бы, подходящие. Рок не сказал ничего, но щёки его слегка позеленели от скрытой запоздалой досады: он так хотел прикрыть наготу, что просто не подумал, как я натяну на него, связанного по рукам и ногам, вожделенную одежду.

Я достала ножницы и разрезала брюки — по внутренним швам и одну штанину по внешнему. Аналогичную процедуру проделала и с рубашкой.

— Издеваешься? — голос дрока зазвенел от совершенно детской обиды. Я вздохнула. Захотелось есть… хотя бы просто выпить горячей воды, горло ныло после ночного переутомления, я поила своих пациентов, большого и маленького, и совершенно забыла о себе.

Не худшее качество для целителя.

То, что мне предстояло теперь, было не сложным — но муторным. Сильная бытовая магия никогда не относилась к числу моих достоинств.

— Лежи смирно.

— Зачем мне эти... тряпки?! — Рок дернулся.

— Не двигайся и не нуди.

— Можно подумать, я здесь по собственному желанию.!

— Не двигайся! — прошипела я. — Иначе откушу что-нибудь. Я, между прочим, ещё не завтракала… Приподнимись-ка. Боги, я понимаю, член, но спину тебе тоже трогать не нельзя?! У тебя там крылья что ли? Да не издеваюсь я, делать мне нечего…

Крыльев у него, хвала богам, не наблюдалось, но от соприкосновений, даже таких невинных, шарахало нас обоих.

Кому-то сшить порванную или разрезанную одежду — пара пустяков. У меня же на рубашку ушло не меньше половины часа, края ткани слипались неаккуратно. Впрочем, результат оказался довольно близок к желаемому: в итоге на верхнюю половину Рок был одет, а вот на нижнюю всё ещё замотан в покрывало.

В таком виде он выглядел даже забавно.

И — Рух меня побери — соблазнительно.

— Брюки! — потребовал мой пленник, словно прочитав мои непристойные мысли. Я покачала головой, испытывая огромное желание снова лечь рядом с ним и закрыть глаза:

— Передохну чуток. Проще штопать рану, чем одежду. Какую одежду вы носите там, у себя… там, где вы живёте?

— Простую, — с некоторым вызовом ответил Рок. — Рубашки, брюки, то есть, у нас это называется иначе, но по покрою похоже. Женщины носят вотольи, они напоминают ваши платья, только очень свободного покроя. Вотолью перевязывают поясом под грудью или на животе.