Книга Слепая. Бывшая хозяйка старого поместья, страница 124 – Дия Семина

Аплодисменты стихли, и я начала играть ту композицию, какую вчера вспомнила и проиграла на слух. И так несколько песен из нашего мира исполнила, но не слишком современных, чтобы не шокировать публику новаторством…

И каждый раз люди меня оглушительно поддерживали аплодисментами, криками: «Браво!», «Восторг!» — и вызывали на бис.

Но нам принесли обед, и внезапно какой‑то громкий голос крикнул: «Я оплачиваю обед этой чудесной барышне! Великолепно! Такую чудную музыку даже в столице не услышишь!»

Так случился мой первый концерт в провинциальном городке — и за довольно щедрую плату: три пирога и три кружки ароматного взвара на мёде. Я в сотый раз порадовалась, что не вижу и не смущаюсь от сочувствующих взглядов окружающих. Для меня теперь совершенно неважно, один человек меня слушает или сто: зрячая, я бы не решилась…

И за стенами старого поместья, оказывается, есть вполне приятная жизнь, если, конечно, устроиться с удобствами да иметь такое место поблизости, где играть и петь…

Фантазия унесла меня в творческие дебри, но, как только мы доели восхитительные пироги и допили невероятно вкусные горячие напитки, рядом послышалось шелковистое движение, а потом довольно уверенный женский голос произнёс слова, от которых я чуть было не потеряла дар речи, слух и рассудок:

— Подумать только, я ведь не ожидала, что когда‑нибудь услышу этот потрясающий романс из моей юности. Ведь здесь его никто не знает…

Эта незнакомка, что стоит надо мной, — тоже попаданка?

— Что? — едва слышно переспросила, словно я не только слепая, но и глухая.

— Пойдём прогуляемся. А вы подождите: никуда я вашу госпожу не увезу без её согласия. Меня здесь все знают, я бывшая градоначальница — Александра Андреевна. Не волнуйтесь, — она довольно крепко взяла меня за руку и потащила за собой на выход. Понять бы ещё, что происходит: быть попаданкой — это преступление?

Молча идём куда‑то, и Александра постоянно добавляет шаг. Ещё немного — и мы побежим. Я лишь успеваю юбку придерживать, чтобы не запнуться о длинный подол.

— Я слепая, не могу так быстро бежать. Если оступлюсь, то упаду…

— Прости, пойдём к реке: там немного народа, можно поговорить. Ох, ты не поверишь, как я ждала кого‑то вроде тебя. А когда услышала этот романс, сначала подумала, что это галлюцинация. Потом, когда осознала, чуть с ума не сошла от радости. Поверить не могу: ты правда из нашего мира? Самолёты, смартфоны, космос, Юрий Гагарин?

Мы идём уже чуть тише, и я ступаю увереннее, не боясь оступиться. Где‑то неподалёку, пробиваясь сквозь шорох листвы, всё явственнее звучит тихое, настойчивое журчание — то ли реки, то ли узкого быстрого ручья. Повеяло прохладой, и мы остановились. Александра крепко взяла меня за руки, словно боясь потерять навсегда, — оно и понятно: я для неё единственная реальная весточка из нашего мира. Впрочем, так же, как и она для меня.

— Да, и автомобили, и интернет, телевидение… Пока не могу поверить в то, что происходит со мной. Всё кажется, что это розыгрыш…

— Увы, это не розыгрыш. Ты там тоже была слепая? — она спросила и помогла мне по ступенькам подняться на какой‑то балкон или смотровую площадку над рекой. Прохлада и тишина остудили наше волнение, и разговор продолжился чуть спокойнее: нам есть что рассказать друг другу.