Книга Пленница дворцовых тайн, или как объявить шах фаворитам престола, страница 40 – Есения Серафим

В этот момент к столу плавно, шурша нежно-розовым роброном, подошла цесаревна Елизавета Петровна. Лиза присела на кушетку чуть поодаль, кокетливо поглядывая на девиц. На её красивом лице горел легкомысленный, шальной задор. Она лениво потянулась к сахарнице и с ядовитой усмешкой повернулась к надувшейся Машке Меншиковой.

— Ах, Машенька, и чему ты так радуешься? Ну объявила матушка вчера о помолвке, и что с того? Пётр ведь совсем ребёнок! Мальчишка! Он же в постели только про собак своих думать горазд да про овёс на конюшне. Какая тебе радость с такого кавалера?

Лиза подалась вперёд, её глаза страстно загорелись, и она без всякого стыда зашептала на всю комнату, делясь интимными мыслями.

— То ли дело мой принц Карл Август... Он хоть и выглядит холодным, точно сухарь немецкий, но это лишь маска. Вы же видели, как мы вчера с ним полонез открывали? А после я его в тёмную нишу у галереи затащила, пока министры Бассевича слушали! Ах, девицы... Он так жарко меня обнимал, так целовал в шею и губы под шёлковой занавесью, что у меня до сих пор всё нутро горит! Откуда в этом мужчине столько страсти?

Рита, слушавшая этот поток, просто офигевала. Царская дочь сидит на девичьем чаепитии при племяннице и вовсю смакует, как её немецкий жених целовал за портьерой.

Мария Меншикова от таких откровений густо, пунцово покраснела, брезгливо поджав губы, а Варя Черкасская и Натали стыдливо опустили глаза, тихо вздыхая от смущения. Наступила секундная, растерянная тишина.

И вдруг эту неловкую паузу нарушил тихий, мягкий голосок Саши Меншиковой. Младшая сестра Марии, которая обычно сидела тише воды из-за страха перед старшей сестрой, вдруг подняла голову и мечтательно произнесла, глядя на Риту.

— А я вчера... я тоже целовалась. В Малой галерее, у портретов. Он такой горячий, сильный...

Комната в один миг оцепенела. Все девицы в полнейшем шоке уставились на Сашу. Машка Меншикова едва не выронила фарфоровую чашку, её глаза округлились от ярости и удивления.

— Что?! — зловеще прошипела старшая сестра, подаваясь вперёд всем телом. — Ты с кем там крутила, дрянь?! С кем целовалась, отвечай немедля?! Батюшке нынче же скажу, он из тебя всю дурь выбьет! Кто таков?!

Саша испуганно вжала голову в плечи, мгновенно пожалев о своей минутной откровенности. Она упрямо сжала губы, замотала головой и испуганно выдохнула:

— Не скажу! Ни за что не скажу! Убейте — не вымолвлю имени!

Рита внимательно посмотрела на задрожавшую.

— Мария Дмитриевна его знает, они в салоне на Миллионной общаются.

Машка зашипела ещё сильнее, зыркая на Риту с такой злостью, что будь взгляд материальным, то обязательно испепелила бы.

— Ах, бросьте вы её пытать, — легкомысленно вмешалась Елизавета, спасая Сашу от расправы старшей сестры и кокетливо поворачиваясь к Рите. — Вы лучше поглядите, девицы, какую карусель вчера наша Мария Дмитриевна в зале устроила! Я прямо глазам своим не верила. Сама от хворобы едва оправилась, а вчера с ней поочерёдно весь молодой преображенский и пажеский корпус перетанцевал!

Мария Меншикова тут же ядовито прищурилась, переключая свою злость на Риту:

— Истинно так! Весь двор вчера только и шептался, отчего вокруг княжны Кантемир недоросли вьются. Пётр Чернышёв подле неё павлином ходил, Одоевский за руки хватал... Чего вы добиваетесь, Мария Дмитриевна? Нашли себе замену Ваньке Долгорукову среди пажей вашего салона? Решили всех мальчишек соблазнить своей византийской грудью?