Книга Служанка слепого генерала, страница 55 – Екатерина Белова

Я неловко поднялась. От слабости колени и руки немного дрожали, но я вынудила себя не кривиться. В конце концов, боль — не самое страшное, что может случиться с человеком.

— Сегодня ты умрешь, лживая девочка.

Халцид с силой взял меня за предплечье и, как куклу, дернул к себе. И только когда серебряное лезвие меча легло мне на горло, его остановил короткий приказ:

— Стой, Глен из Арха, соблюдай принцип равенства.

Халцид механически дернулся в сторону, и я, наконец, увидела перед собой императора драконов. Теперь, вблизи, было заметно, что глаза у него светятся тусклым желтым блеском, а оплавленный камень в кольце растекся на половину руки и прожег перчатку, и… Как долго он ходит с ним вот так? Не снимая перчаток, не излечивая обожженную плоть.

Он подошел вплотную, положил руку мне на щеку и повернул, словно рассматривая недорогую безделицу.

— Должно быть, она обманула его иным способом, — сказал он скрипуче. — Айш слишком высокомерен, чтобы возлечь со столь скучной особой. Он берет лучшее, а это…

— Высокомерие часто приводит к ошибкам, — сказала хрипло.

Для честности, глаза у императора из орбит не выпали, только взгляд полыхнул. Наверное, вещам в его понимании не разрешалось разговаривать. Он равнодушно выронил мое лицо из захвата.

— Одному из вас надлежит пройти в старый замок Фалаш, чтобы молиться семнадцать дней и умереть в муках. Остальные отдадут свою кровь здесь. Смотрите.

Император поднял руку, и я автоматически проследила направление его руки, силясь разглядеть сквозь песчаную завесу невидимое нечто.

А после это произошло снова.

Руна вспыхнула перед глазами манящим золотом и словно отпрыгнула, отдаляясь с каждой секундой. Насильно отключенное сердце сделало первый судорожный удар. Надежда — самое страшное из человеческих чувств — вспыхнула в груди красной меткой.

В эту секунду я ненавидела себя. Желание жить, желание вырваться из страшной сказки, желание быть оправданной… Все заблокированные чувства вырвались на свет, как джин из бутылки, и их уже нельзя было контролировать.

— Я пойду, — вперед тут же шагнул один из юнцов.

Он был искалечен меньше других и действительно выглядел мужиком, который пустыню не просто пройдет. Он перелопатит ее брассом. К тому же он неплохо владел своим голосом, хотя у него на шее красовался такой же выжженный ошейник.

— Ты жаждешь искупить свою вину? — удивился кто-то из драконов.

Юнец холодно рассмеялся:

— Я желаю прожить на семнадцать дней дольше. Мое имя…

Я перевела напряженный взгляд вдаль, пытаясь разглядеть, что мне показывала руна. Меня не интересовало имя юного воина, который весело пикировался с императором драконов, как не интересовали имена остальных воинов. И очнулась только когда меня несильно толкнули в спину.

— … имя.

Имя?

— Беатрис, — выдавила хрипло. Поймала злой взгляд Халцида и добавила: — Мой клан отказался от меня, поэтому просто Беатрис.

Мы не поладили с сестрой, но это не значит, что я должна ответить злом на зло.

— Видишь что, дева?

Я обвела взглядом напряженные лица драконов и словно только сейчас поняла, как их много. В портальное кольцо прошли вовсе не пять воинов, но и сам император, и его свита, и… Видимо, я что-то пропустила.

— Замок вижу, — голос звучал совсем слабо, но, говорят, у драконов птичий слух.