Книга Служанка слепого генерала, страница 1 – Екатерина Белова

В холле было прохладно и сумрачно, только в дверную щель из бальной залы пробивалась музыка. Звенели бокалы, пахло устрицами и вином.

Я опоздала почти на два часа, но… ещё успевала. Абель наотрез отказался ехать на вечерний прием. После войны характер его изменился в худшую сторону, и мне все чаще приходилось выходить в свет одной, как бы тяжело ни приходилось.

Сегодня я бы и сама с радостью прогуляла, но на этом балу негласно присутствовали драконы, и хотя бы один представитель дома Кальви был обязан присутствовать.

— Прошу, донна, — передо мной согнулся в поклоне слуга, и я скинула ему на руки суконный плащ.

После нахмурилась.

Мне показалось или слуга посмел на меня взглянуть? И не просто взглянуть, а тем отвратным взглядом, который бывает у незнакомцев на чужих похоронах: неловко, стыдно, и вроде жалко бабушку. Ну, ту, которая померла.

Молодой, к слову, слуга, и, похоже, знающий меня в лицо. Что ж, такое могло быть. Во время войны я многим помогла.

— Вы можете пройти через кухню, — сказал он вдруг. — Хозяин совсем напился. Он просто решит, что забыл, как вы ему представлялись в начале вечера.

В его голосе звучало явное сочувствие.

И совет он тоже дал отличнейший. Только воспользоваться я им не могла, поскольку представляла дом своего жениха. Род Кальви не мог отсиживаться в тени, как крыса.

Я благодарно кивнула слуге и подошла было к дверям, но обостренная годами напряжения и несчастья интуиция заставила меня притормозить. Я встала у бокового зеркала, отслеживая любые изменения в пространстве, где меня скрывала резная ширма, вытащила из кармана свою деревянную куколку и поставила на софу.

— Марибет, — сказала твердо. — Походи-ка среди гостей, узнай, о чем болтают.

Хорошо сказала, жестко, а голос почему-то взял и дрогнул. Раньше я свою Марибет о таком не просила. В сфере моих интересов были экономика дома Кальви, банковские ставки, цены на пшеницу и оружие. Великосветские сплетни меня не интересовали.

«А если меня, красавицу, украдут?» — ворчливо предъявила Марибет.

Я натянуто улыбнулась.

Каждая уважающая себя донна имела при себе куколку, в которую вкладывала свою магическую силу. У кого-то куколка могла сидеть прямо, хотя была сделана из плюша, у кого-то стучать ручкой по столу, у третьей даже могла фырчать по-кошачьи, что считалось едва ли не верхом магического потенциала девицы. Хвастаться куклами было совершенно нормальным явлением в высшем свете. Можно сказать, если чья-то куколка лежит, как мертвая, то отцу такой дочи надо иметь очень много денег, чтобы пропихнуть ее на ярмарку невест.

У кого бархатная, у кого шелковая, у кого из слоновой кости с золотой коронкой на волосах. Кукол наряжали, как себя.

А Марибет была деревянная. Внутри солома, на голове пакля, а платье холщовое. Я шила ее в пятнадцать, когда у нас из богатств была только дойная корова. А после помолвки с графом Кальви куклу было уже не перешить. Так что Марибет можно было украсть только крепко нажравшись и ползая под столами на коленках.

Донны столько не пьют. А донам кукла даром не нужна. Они свою силу вкладывают в меч.

— Не украдут, — сказала философски. — Я тебе специально надела не бархатное платье, а обычное. А если украдут, разрешаю шарахнуть молнией. Целься в глаз, это временно ослепит противника и даст время на побег.