Книга Рассвет русского царства. Книга 13, страница 87 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Так, может, сегодня? — продолжил Иван. — Я с мамой разговаривал. Она сказала, что не против побывать у тебя в гостях.

— Вот оно как, — усмехнулся я.

Немного подумал. Великая княгиня в гостях у боярина Строганова, на следующий день после охоты, о которой завтра будет говорить вся Москва. С другой стороны, приглашал в баню я сам, слово сказано. Да и врать себе не стоило… я был не против.

— Скачи к княгине, — сказал я, — и передай, что для меня будет честью принимать её у себя.

Ивана как ветром унесло. Я поднял руку, и ко мне подъехал Воислав.

— Пошли людей домой. Предупреди, что у нас будут гости, пусть накрывают столы. И баню пусть уже начинают топить.

— Сделаю, — кивнул он, пришпорил коня и ушёл к дружинникам.

Ещё немного подумав, я догнал Шуйского с Олельковичем и пригласил обоих. Отказываться никто не стал. Литовец так и вовсе расцвёл, ему, похоже, было любопытно всё, что связано со мной. Алексею я предложил захватить жену.

— Ксению? — он хлопнул себя по лбу. — Слушай, точно! Мы же с тобой говорили… её с Ивой твоей свести. Вот и случай!

— Вот и случай, — согласился я.

Остаток пути я проехал с ними. К нам пристроилась Ива. В разговор она не лезла, ехала и думала о чём-то своём. Я не мешал.

POV

Несколькими минутами ранее — до разговора между Дмитрием и Иваном.

— Мам, — Иван поравнялся с возком матери и заглянул внутрь. — А как ты смотришь на то, чтобы попариться в бане?

— Хорошо смотрю, — Мария Борисовна оторвалась от своих мыслей. — А что?

— Нас Дмитрий Григорьевич к себе звал. Может, сразу к нему?

Мария Борисовна думала недолго.

— Отчего же не заехать, — с улыбкой ответила она сыну. — договаривайся.

Иван просиял и ускакал. А Великая княгиня откинулась на подушки возка, и по губам её скользнула усмешка, которой сын уже не видел.

— «Вот заодно и посмотрю, — подумала она, — что там за девка кузнецова…»

Впереди показались городские стены, колонна втянулась в ворота, и начался ливень. До моего подворья добирались буквально рысью, пригнувшись к гривам. Мария Борисовна ещё на въезде в город перебралась в возок и, наверное, одна из немногих ехала с относительным комфортом.

Во дворе я спрыгнул с Барса и подал княгине руку.

— Вовремя мы вернулись, — распахивая дверцу возка, сказал я.

— И не говори, — Мария Борисовна оперлась о мою ладонь, спрыгнула на землю и, подобрав подол, добежала до крыльца быстрее иной девчонки.

Остальные гости тоже не мешкали. Шуйский слетел с коня и понёсся к дому, прикрывая голову ладонью. Олелькович добрался, переступая образовавшиеся лужи широким шагом. Дворня разводила лошадей, возки закатывали под навесы, чтобы не промочить добро. Богдан уже орал на кого-то у амбара.

В сенях я отряхнулся и позвал Нуву.

— Покажи Великой княгине комнату. Воды подай, полотенца, всё, что попросит.

— Сделаю, господин, — Нува поклонилась княгине и повела её наверх.

Олельковичу и Шуйскому комнаты я показал сам. Литвин, поднимаясь по лестнице, вдруг остановился и приложил ладонь к стене.

— Тёплая, — сказал он с удивлением.

— Печи внизу, — пояснил я. — От них трубы в стенах. Тепло идёт по всему дому.

— Слышал я про твои чудеса, боярин, — Олелькович покачал головой. — Теперь вот пощупал. Занятно это и, честно сказать, не ожидал такое в Москве встретить. — Он сделал паузу. — А каменный дом тоже греть так будет?