Книга Двухголовый всадник, страница 119 – Наталья Звягинцева

— Это почему же? – Полковник сердито свёл брови.

— Я же уже сказал об этом, у него изменились обстоятельства. Возможно, он узнал о чём-то или что-то увидел сразу после того ужина. И это явилось решающим фактом. Он решил отказаться от своей мести.

— Это должно быть что-то очень серьёзное, – коротко кивнул Смоловой. – А вы, случаем, не знаете, что там такое приключилось?

Граф покачал головой.

— Об этом следует спросить самого Родиона Романовича.

— Хорошо. Допустим, что это так, – полковник шумно вздохнул, – и это мы, несомненно, выясним. Но как он оказался у разбойников и какое отношение имеет к убийству сказочника?

— В попытке спасти свою честь Власов скрылся в лесу и инсценировал свою смерть на реке, – сказал граф. – Он отравил собственного коня, перерезал верёвки, что перед этим обмотал вокруг крупа, и бросил свою одежду в реку в надежде, что её найдут и сочтут его мёртвым. Так и случилось. Так наш двухголовый всадник превратился в беглого крестьянина, отыскал в лесу разбойничью шайку и попросился к ним. Его приняли.

— Это всё шиворот-навыворот выходит, – только и смог сказать Смоловой. – А что же с Прокопием приключилось?

— После исчезновения мужа Лидия Ивановна велела достать ей сказочника хоть из-под земли. Он в это время как раз у меня в Белополье находился. По пути же в имение Власовых на нас напали те самые разбойники. Прокопий бежал, – граф коротко вздохнул и продолжил, – да только эти же разбойники порядочными людьми оказались. Вместо моего уведённого коня решили старика нам возвратить, загнали его в звериные силки. А дальше дело за малым было, из силков Прокопия Уткин вынул и к барыне своей привёз.

И вот тут Родион Романович совершил непоправимую ошибку. Скорее всего, старик заметил Власова в облике разбойника и непременно бы об этом его жене на допросе доложил. Тут бы и стало известно о бегстве Власова от данного им слова. Вот и решился Власов на убийство старика. Ночью пробрался в своё имение, вызволил Прокопия из сарая и повёл на конюшню, якобы для освобождения. Сам же ударил его поленом по голове и спрятал тело в навозе. Ни лошади, ни собаки беспокойства не выказали, ведь то не чужак зло творил, а свой.

— Так сразу и поленом? – фыркнул Смоловой и с недоверием уставился на графа.

— Это полено вы найдёте в самой крайней избе власовской деревни, где бабка-травница живёт. Вот у её внучки в тряпице полено и завёрнуто. Без сомнения, то полено вымазано кровью. И подобрала его девочка как раз у ворот, что со стороны конюшни, в то утро, что следовало за ночью убийства сказочника.

Когда же вы нашли палого коня на берегу лесной реки, я отправил Саида на поиски разбойников. Они хоть и тёмные люди, а не дураки, почуяли обман в новом пришельце. И атаманша заподозрила неладное, стала новичка расспрашивать. И вместо того чтобы повиниться, Власов взялся за дубину. Некоторые разбойники, недовольные, что атаманша у них женщина, поддержали бунт Власова, но, слава богу, мы успели вовремя…

В зелени жасмина тонко защебетала малиновка. С разных сторон ей ответили несколько голосов. Солнце клонилось к закату.

Свежесть ночи ещё до конца не прошла, не уступила место липкому зною, что способен был проникать в самые дальние закоулки сада и самые потаённые углы дома. По двору, гордо задрав голову с половиной гребня, расхаживал петух, ничуть не опасаясь быть затоптанным двумя дюжинами конских ног. Птица ловко уклонялась от опасности и с любопытством наблюдала за людьми.