Книга Берегитесь, тетя Аделаида!, страница 20 – Флора Торн

— Вы не замечали за Артуром ничего подозрительного? – напирал Герхард. – У меня есть сведения, что в последние недели он часто навещал викария. А накануне они почти поссорились.

— Сомневаюсь, что кто-то может поссориться с викарием Ривзом, – улыбнулась миссис Пинч. – Он очень добропорядочный человек.

— Что ж, – Герхард тоже улыбнулся, не принимая слова миссис Пинч на веру, но не желая портить отношения с важным свидетелем, – полагаю, меня неверно проинформировали. Некоторые люди бывают такими склочными, пытаются настроить соседей друг против друга.

Миссис Пинч покивала. По ее виду можно было сказать, что Герхард утомил ее не меньше, чем она его.

— А этот распорядок Эшпертона? Артура… Вы сказали, что он делал каждый день одно и то же.

— Да, – уверенно ответила миссис Пинч. – Артур был дисциплинированным садоводом. Он был в некотором роде ботаник, ученый, – с беззлобной завистью произнесла она. – Без распорядка он бы не добился своих знаменитых открытий.

— Так вы говорите, в восемь утра он уже поливал?

— Нет-нет, – занудно поправила миссис Пинч. – Не в восемь утра, а в семь. Начинал он обычно с астильб, затем переходил к остальным клумбам по кругу. Затем шел в теплицу, где работал до обеда, а вечером занимался экзотическими растениями на заднем дворе. В силу своей капризной природы, – улыбнулась она, – они требуют больше внимания.

— Каких-то особых удобрений? – Герхард склонился к ней. – Чем Артур опрыскивал растения? Эти химикаты не могли быть ядовиты? Все-таки экзотические растения, – со знанием дела добавил он. – На одном навозе их нельзя вырастить.

— Да, тут вы правы, – согласилась миссис Пинч. – В этом году температура в июне стоит выше нормы, некоторые сорта плохо перенесли жару. Артур действительно пробовал разные средства… Но мы все их пробовали! Лавиния даже заказала на всех импортное удобрение, так переживала за свои лилии.

— Как интересно, – покивал Герхард. – А что это за удобрение?

— Клм… Грин… – попробовала вспомнить миссис Пинч. – Нет, вам лучше уточнить у Лавинии. – Она виновато улыбнулась. – Название совершенно вылетело у меня из головы, а раствор мы разлили в жестяные канистры из-под керосина.

— Непременно спрошу. – Герхард сделал пометку, затем спрятал одолженный у Аделаиды лист в нагрудный карман. – А когда вы последний раз видели Артура перед смертью?

— Часов в шесть, может, в половине седьмого накануне вечером, – тихо ответила миссис Пинч. – Мы обсуждали семена, которые он планировал мне отдать.

Герхард жирно подчеркнул «шесть вечера», подписывая, что нужно выяснить, кто видел Эшпертона последним.

— Видите. – Миссис Пинч развела руками. – Может, не все любили Артура, но все его уважали. В его смерти нет ничего, кроме самой трагедии окончания человеческой жизни.

— Да, – протянул Герхард. – Но вот эта дверь в теплицу… – Он приторно улыбнулся. – Она ведь была закрыта, когда вы пришли? Не странно ли, на такой жаре?

— На такой жаре… – повторила за Герхардом миссис Пинч. – Вы правы, должно быть, она была открыта.

— Но вы сказали, что приоткрыли дверь и заглянули внутрь, – с нажимом повторил Герхард.

— Правда? – обратилась к чайнику миссис Пинч. – Тогда, вероятно, так оно и было. Знаете, после всего случившегося так сложно все упомнить. Еще чашечку?