Книга Загадка Версальского дворца, страница 66 – Адриен Гётц

Последний съемочный день всегда праздник. Вокансон был великодушен и предоставил съемочной группе помещение Королевской оперы для вечеринки по случаю окончания съемок с условием, что праздник начнется в три и закончится в шесть часов вечера, дабы не возникали профсоюзы. Но в Опере, привычной к праздничным фейерверкам, даже раннее мероприятие превращается в вечеринку. Шиньон-Бриошь все никак не может остановиться и переминается с ноги на ногу перед главным оператором – томным стариком в соломенной шляпе. Ванесса с Мари-Аньес чокаются, поддерживая столь редкий среди секретарш священный союз. Регаладо, спустившись со своего Олимпа, целует их и заливисто хохочет. Вечером ей предстоит смотреть материал, отснятый вчера в Малом Трианоне, последние дубли фильма.

Пенелопа пробирается между креслами. Ей пока неясно, что именно она должна сказать президенту Вокансону, который, как истинный монарх, вышел из королевской ложи, чтобы пожать руку осветителям, реквизиторам и Тому Крузу. Но стоит ей только решиться и сделать несколько шагов навстречу, как к ней бросается Бонларон с бокалом шампанского в руке:

— Милая моя Пенелопа, как все шикарно! И ни одного фотографа, никто ничего не знал, чистый экспромт… Праздник в Королевской опере, да что может быть лучше? Тем более после всего, что произошло…

— Совершенно с вами согласна, это прекрасно. А часто происходят подобные вечеринки?

— Впервые! Вокансон просто гений! Фиеста! Я чувствую, как возвращается молодость, вернутся и наши меценаты. Присядем, я устал. Знаете, я ведь участвовал в той знаменитой вечеринке «Приходите в том виде, в котором застало вас это приглашение», могу рассказать!

— И в чем же вы там были?

— В шикарной пижаме из магазина «Old England». Не волнуйтесь, я ношу ее до сих пор. Я предложил и продолжение того праздника – «Приходите с мамой». Это был неслыханный успех. Теперь с экстравагантностью все распрощались, ваше поколение не умеет веселиться! – Усевшись в центре маленького кружка, хранитель продолжает: – Фильм будет не ахти, но праздник удался. Конечно, не каждый день Ариана Мнушкин^[208] снимает здесь «Мольера». Это было совершенно другое кино!

— Смотрите-ка, на сцене танцуют!

— Обычно киношники разносят все в пух и прах, и, к великой радости наших архитекторов, музей получает за это кругленькую сумму…

— Только не Регаладо, она просто без ума от наследия, – переходит в наступление Пенелопа, которой уже час успешно удается избегать пристального взгляда Нэнси, вероятно давно забывшей о сцене в покоях Марии-Антуанетты.

— А вот там Давид Шарве, – произносит подошедшая к ним Ванесса.

— Наследник дома мужских рубашек? – невинно интересуется Бонларон.

— Сразу видно, что у вас нет телевизора, – отвечает Пенелопа. – А там Жюльет Вернош!

— Из семейства аукциониста?

— Ничего общего.

— Я больше никого не знаю! Пенелопа, вы меня поражаете! Всех знаете, если они на слуху. Если это станет известно, – заключает хранитель, – при таком составе, вернее, при таком кастинге назавтра Вокансон как минимум попадет на страницы желтой прессы.

В ответ раздается одинокий смешок. Это Зоран Метивье.

— Вас тоже пригласили? Слава богу, есть кому посмеяться над моими шутками!

— Нет, то есть мне сказали в павильоне Дюфура, что я найду Пенелопу в Опере. Здесь шикарно, дорогой мэтр. Просто церемония «Оскара»! Пенни, мне только что звонила Леона де Круамарк. Она приглашает нас с тобой и Вандрия на ужин в ее исправительную колонию. Думаю, ты в курсе? Ей нужно назвать дату.