Книга Соединенные Штаты России 3, страница 16 – Полина Ром, Дмитрий Лим

Он начал объяснять, а Рим с удовольствием слушал. Тем более что это заняло не больше минуты, как он и предполагал.

Местные действительно изобрели паровой двигатель. Несколько десятков лет назад это были достаточно громоздкие машины, и их приходилось встраивать в здания. Зато получалось что-то среднее между классическим поршневым двигателем и музыкальным органом, вследствие чего здание могли извлекать звуки определенной высоты. Так появились звуковые сигналы. Между собой уже могли общаться отдельно района города.

Впоследствии похожие машины удалось уменьшить в размерах, пусть и в ущерб мощности. И тогда музыкальными становились уже отдельно взятые богатые дома, частные особняки и базы купеческих гильдий. Таким образом, весь город превратился в вечно гудящую сеть звуковых магистралей. Это было сложнее азбуки Морзе, но и намного эффективнее. Рим не мог представить ничего подобного в своем мире.

Это значило, что Новая Россия вполне успешно осваивает технологии, которых прежде не существовало ни на одном условии реальности, ни в каком времени.

— А скажи-ка мне, друг мой Ксехуитл, — прогремел Бык, откусывая солидный шмат баранины от кости. — Как у вас дела с военными альянсами обстоят? Города защищены, это я понял. Но есть ли внешняя линия обороны у Новой России? Кто примет удар врага, в случае чего? Короче, что у нас с соседями?

— Кочевники среди индейцев основали передвижные поселения, — ответил министр. — Странствующие племена, огромные, многотысячные орды, кочующие на лошадях и телегах, запряженных быками. Они служат таможней.

— Между вами и северными индейцами какие-то бандиты собирают дань? — удивился Цинк. — И вы позволяете?

— Мы сами настояли на этом, — сказал президент. — Нам не жалко поделиться с голодными. В ответ они служат преградой между нами и возможными захватчиками с Севера. И они примут на себя первый удар, если это понадобится. Конечно же, они с радостью пропускают торговые караваны, и даже обеспечивают им дополнительную охрану.

— Полагаю, за ответный подарок в виде парочки коров, — хмыкнул Цинк. — Понимаю. Кто же откажется?

Принесли новое лакомство — какую-то измельченную зелёную смесь, истолченную в ступе. Есть это, по всей видимости, приходилось руками, и Рим не стал привередничать — запустил пальцы в зелёное месиво.

— Это туны, — пояснила Ёлка. — Плоды растения нопаль. Очень редкое лакомство.

— Ёлка, нарисуй его, — поддразнила Фифа. — Сам великий бог ест туны!

Ёлка ловко выхватила сразу два пера и начала быстро рисовать чернилами на листке в обе руки. Рима настолько захватил это зрелище, что он забыл жевать зелёную смесь. Затем проглотил её и покосился на Фифу.

— Опунция, — сказал он и почувствовал, как вяжет рот. Потянулся за ближайшей кружкой, но то оказалось молоко. Смешивать то и другое в своём желудке Рим побоялся, и предпочёл перехватить у Цинка бокал с каким-то местным самогоном.

Президент, министр и прочая свита, похоже, не видели в поведении богов ничего странного. Напротив, они с восхищением следили за каждым их действием, стараясь сохранить невозутимость на лицах. Получалось не всегда удачно, все же явление богов в их жизни равнялось чуду.

Рим понимал, что про этот день будут слагать легенды. Вероятно, в стихотворной форме. И наверняка наложат на музыку вопящих домов.