Книга Рыбачка и корморан, страница 3 – Лиора Бараш

Тем, кто трудился на рисовых плантациях, приходилось тяжело. Ли-Мин хорошо это представляла. Работники часами топтались внаклонку по колено в воде, ступнями нащупывая в иле твердую опору. Ли-Мин была безмерно благодарна своим родителям, что те, ища, чем зарабатывать на жизнь, сделали выбор не в пользу рисовых полей. Иначе ей с ранних лет суждено было бы заниматься этим изнурительным трудом и, вероятнее всего, до конца жизни. И это являлось одной из причин, почему Ли-Мин могла созерцать рисовые плантации не просто без неприязни, а даже с радостью и восхищением.

Вода к близлежащим рисовым полям подавалась от реки посредством целой системы каналов, прорытых местными жителями за долгие годы, и без всего этого здесь не было бы жизни. Ли-Мин благодарна была тому, что у них рядом есть такая полноводная река. И тем не менее бывали времена, когда эта река будила в ней исступленную ярость. Потом женщина сожалела об этой вспышке гнева, с опаской представляя, к чему она могла бы привести.

Впрочем, единственное, что видела сейчас перед собой Ли-Мин, глядя в окно, – это бескрайнюю красоту. У нее возникало ощущение, будто все это создано специально для того, чтобы сделать ее жизнь приятнее и наполнить дом прекрасным. Как же ей радостно было чувствовать свою принадлежность к этим местам, где она родилась и выросла, а еще сильнее – к этому дому, где она создала семью и взлелеяла дитя.

С самого ее детства односельчане считали Ли-Мин прелестной девочкой. Не раз она слышала, как соседи называют ее красавицей, но мать при этом только сердилась. «Такие разговоры, – возмущалась она, – приведут лишь к нескромности и зазнайству. А потом с этим позора в деревне не оберешься!» Хуже того, мать Ли-Мин всерьез опасалась, что боги заберут ее хорошенькую девочку к себе, а потому старалась одевать дочь в мешковатую, словно на вырост, одежду и не часто причесывала ее черные как смоль волосы.

Мать запрещала ей лишний раз поболтать с дочками соседей, стараясь как следует загрузить Ли-Мин работой по дому. И Ли-Мин даже немного завидовала другим девочкам, которые не только были лучше ухожены, но и зачастую гораздо красивее одевались – даже при том, что Ли-Мин никогда не придавала особого значения своему облику.

Она любила слушать, как разговаривают меж собою мать с отцом, и ее манили те миры, что рисовало при этом ее юное воображение. Оно с лихвой восполняло девочке недостающие знания. Представления о мире складывались у Ли-Мин из того, что рассказывал ее отец матери, когда возвращался вечером с рыбалки на реке и садился за стол – отдохнуть и плотно поужинать. У Ли-Мин это было самое любимое время дня: когда она могла подать отцу суп и рис да послушать его истории.

Ли-Мин никогда не перебивала отца вопросами – это было бы неуважением. Но ей безумно хотелось бы отправиться вместе с ним рыбачить. Ей казалось, это невероятно захватывающее приключение, где она могла бы открыть для себя дивный водный мир. Она стала бы верным напарником отцу, и он с гордостью рассказывал бы матери о ее ловкости и быстро растущем мастерстве, когда они возвращались бы домой вечерами с добычей.

Про себя Ли-Мин уже видела, как внимательно слушает отцовские объяснения и наставления, как все больше набивает руку, стремясь увереннее освоиться на реке, с которой ей, несомненно, придется вступить в единоборство, учитывая и сильные течения, и неожиданные опасности. Где ей придется принимать быстрые и сложные решения. Ли-Мин и Река, великое противостояние! Неимоверная игра сил! Грандиозная схватка, требующая от нее твердости, решимости и самообладания!