Онлайн книга «Чесночные баллады»
|
Тот распорядился: — Подымай! Второй брат что есть силы потянул веревку на себя. Цзиньцзюй почувствовала, как выпрямились ее руки, как расправились все мышцы, как захрустели косточки в плечах, как натянулась кожа. Ее вдруг прошибло потом, она закусила губы, однако не позволила ни одному жалобному звуку прорваться сквозь щели между зубами. Отец спросил: — Говори: убежишь еще? Она через силу подняла голову. — Убегу! — Тяни-тяни, натягивай! Перед ней закружились точки зеленого света, в ушах зашуршали языки пламени, в глазах всколыхнулись тени джутовых стеблей. Та самая лошадка цвета красного финика стояла рядом с Гао Ма и пурпурным языком слизывала у него с лица кровь и пыль. Клубы золотистого тумана поднимались над дорогой, поднимались над несметными сотками джутового поля, поднимались над перечной рассадой жителей Цанма, и лошадка цвета красного финика то исчезала, то возникала в золотистой мгле… У старшего брата лицо посинело, у второго брата поголубело, у отца позеленело, у матери почернело. У старшего брата глаза стали белыми, у второго брата – красными, у отца – желтыми, у матери – фиолетовыми. Поглядела на них Цзиньцзюй, повиснув в пустоте, и с улыбкой покачала головой. Отец прыгнул во двор, схватил плетку, которой погонял корову, начал хлестать дочь. Удары верхнего краешка кнута по телу казались Цзиньцзюй обжигающими… Придя в себя, она обнаружила, что снова свернулась змейкой в углу стены, а в комнате у родителей собралось на разговор множество людей, в том числе ей вроде бы послышался голос помощника Яна. Держась за стену, Цзиньцзюй встала, при тяжелой голове на легких ногах влетела в комнату родителей, повалилась перед каном. Кто-то вытянул руки и схватил ее, но она не увидела, кто именно. Не переставая искать взглядом лица родителей, Цзиньцзюй проговорила: — Если решили убивать – так убивайте, даже если забьете до смерти – я все равно останусь с Гао Ма, мы с ним провели вместе ночь, у меня в животе – его ребенок! Сказав это, Цзиньцзюй громко разрыдалась. До нее донеслись слова отца: — Так я помогу вам завершить начатое! Скажите Гао Ма, чтобы внес за нее десять тысяч юаней! Мы с него получим деньги, он с нас – товар! Цзиньцзюй улыбнулась. Раздел второй Малыш – глазами и бровками вылитый Гао Ма – гневно уставился на нее и ревел: — Выпусти меня! Выпусти! Какая ты мать, если отпустить меня не можешь? В глазах у нее все было залито кровью. Отталкивая от себя прохладную головку лошадки цвета красного финика, Цзиньцзюй ответила: — Мальчик мой, дай матушке тебя доносить, не спеши наружу, зачем оно тебе? Знаешь ты, сколько невзгод на этой стороне? Мальчик прекратил бороться и спросил: — Что у вас там снаружи? Расскажи – я послушаю. Цзиньцзюй снова отпихнула от себя припавшую теплым пурпурным язычком к ее лицу лошадку цвета красного финика и сказала: — Мальчик мой, слышишь крики попугаев? Вслушайся хорошенько. Мальчик навострил ушки и стал усердно прислушиваться. — Это попугайчики Гао Чжилэна, у него они и желтые, и красные, и голубые, и зеленые… Всякой они окраски, всех они цветов. У попугайчиков клювики скошены галочками, головки в перышках, едят они мясо, пьют кровь, высасывают мозги из головы. Мальчик мой, осмелишься ты выйти к ним? Мальчик вроде как в самом деле испугался, тельце его съежилось. |