Книга Рождественские тайны книжного магазинчика, страница 77 – Коллектив авторов, Отто Пензлер

— Опишите все в точности так, как это было на самом деле, и я даю вам слово, – пообещал Отто.

Говорил он совершенно искренне. У него могли быть свои собственные мнения, симпатии и антипатии, временами он был способен на резкости, но никогда не лгал, и все это прекрасно знали. Помимо того что лгать не позволяли ему личные принципы, это могло навредить бизнесу, и пусть даже Уилсон и не верил в его честность, никто не считал Отто дураком.

Надежда разгладила морщины на лице Уилсона, убрала лихорадочное выражение из его глаз, заменив его на что-то более осмысленное, человеческое. Он отступил на шаг, позволяя Отто выпрямиться и наконец расслабиться. Потом протянул ему руку.

— Так я и сделаю! К следующим новогодним праздникам обязательно получите. Счастливого Рождества, мистер Пенцлер!

Отто принял протянутую руку и пожал ее.

— Договорились. Счастливого Рождества, мистер Уилсон.

До Рождества всего два дня, и «Магазин таинственных историй» с его заиндевевшими витринами, сияющими огнями и общей аурой теплого обещания праздника выглядит так, словно сошел с декабрьской страницы календаря от «Карриер энд Айвз»^[36]. У меня же сверкают разве что надраенные до блеска ботинки. И вроде я даже побрит.

Магазин этот расположен на первом этаже одного из тех зданий, о которых часто упоминают люди, говоря о старом Нью-Йорке, – что регулярно случается в нынешние времена. Фасад из красного кирпича, карнизы и подоконники из песчаника, массивная пожарная лестница из кованого железа… Прекрасное архитектурное творение фирмы «Джон Би Снук и сыновья». По крайней мере, об этом говорит крошечная латунная табличка. Хотя я всегда находил работы этой фирмы не нуждающимися в дополнительном представлении.

В течение вот уже двух часов я тенью маячил на этой улице, уворачиваясь от крепкогрудых праздничных покупателей, готовых завалить меня, словно ростовую мишень на стрельбище. В основном я ждал.

Я уже не раз и не два прошел мимо этого магазина. День становится все холоднее, солнце понемногу скрывается за всем этим красным кирпичом, поэтому решаю заглянуть в несколько близлежащих заведений.

Похоже, что магазину резиновых изделий особо нечем удивить нагруженных сумками прохожих, но вот витрина маникюрного салона «Лилия Нила», расположенного по соседству, сразу же поневоле притягивает взгляд. Ненадолго останавливаюсь перед ним, как будто чтобы поправить галстук в отражении витрины.

Да уж, там и вправду есть на что посмотреть.

Все эти дамы с глянцево поблескивающими головками, склонившиеся над изящными ручками других дам с глянцево поблескивающими головками… Ряды стройных лодыжек, перекрещенных между собой, когда эти дамы сидят, опустив пальцы в хрустальные чаши, изгибы их грудей, когда они опираются локтями о хромированные маникюрные тележки… Негромкий гул голосов, когда они обмениваются сплетнями и любезностями… Атмосфера праздничной вечеринки и блестящие кончики пальцев.

Этот маникюрный салон сегодня явно пользуется спросом.

Когда открываю входную дверь, слышу дребезжащий звон медного гонга, и у меня возникает жутковатое ощущение, будто я попал в какой-то древний фильм с Чарли Ченом^[37].

Все их взгляды – этих блондинистых маникюрш и их клиенток – поднимаются, чтобы обозреть меня с ног до головы.