Книга Рождественские тайны книжного магазинчика, страница 45 – Коллектив авторов, Отто Пензлер

Наступило неловкое молчание – хозяин дома покраснел, а Ботли скромно потупила глаза. Нарушил его Хейг.

— Продолжим, – внезапно произнес он. – Итак, мисс Куинлан вернула рукопись в коробку и положила ее обратно на стол. А затем…

— Но она этого не сделала, – перебил его Перигор. – Харриет, я хотел еще разок взглянуть на этого Вулрича – на случай если что-нибудь пропустил. Но тут увидел, что ты читаешь эту рукопись, а когда посмотрел во второй раз, она уже куда-то девалась. Ты ее уже не читала, и на столе ее тоже не было.

— Я положила ее на место, – твердо сказала литагент.

— Но не туда, где вы ее нашли, – указал Эдвард Эверетт Стоукс. – Вы поставили коробку с ней не на стол, а на вон тот вращающийся книжный шкаф.

— Разве? Полагаю, это возможно. Но как вы об этом узнали?

— Потому что видел вас, – ответил малотиражный издатель. – И потому что сам хотел взглянуть на эту рукопись. Я знал о ней, равно как и о том, что ее нельзя довести до ума таким же манером, как «Прямиком в ночь». Это делало ее бесполезной для коммерческого издательства, но мысль о том, что роман Вулрича останется неопубликованным, все равно не давала мне покоя. Я хочу сказать, что это все-таки Корнелл Вулрич.

— И вы подумали…

— Я подумал, почему бы не опубликовать этот текст как есть, со всеми косяками и прочим? Я мог бы издать его тиражом в двести-триста экземпляров – для коллекционеров, которые с радостью примут всякие нестыковки и несуразности ради того, чтобы заиметь что-то иначе недоступное. Мне захотелось провести несколько минут в тишине и покое с этой книгой, поэтому я отнес ее в уборную.

— И что?

— И там прочел ее – или, по крайней мере, пролистал. Я провел там где-то с полчаса или около того.

— Помню, что тебя какое-то время не было, – сказал Джон Корн-Уоллес. – Я думал, ты отправился домой.

— А я думала, он в соседней комнате, – вставила Джейн. – Резвится на груде пальто с Харриет. Но, видать, это был кто-то другой.

— Это был Золтан, – сухо поправила ее литагент, – и мы вовсе не резвились.

— Тогда просто миловались, но…

— Он учил меня технике дыхания по системе йогов, хотя это не ваше дело. Стоукс, вы отнесли рукопись в уборную. Я надеюсь, вы вернули ее обратно?

— В общем-то, нет.

— Вы забрали ее домой? Это вы ответственны за ее исчезновение?

— Конечно же, нет. Я не забирал ее домой и надеюсь, что не несу ответственности за ее исчезновение. Я оставил эту рукопись в уборной.

— Просто оставили там?

— Убрав обратно в коробку, на полочке над туалетным столиком. Я поставил ее туда, когда мыл руки, и, боюсь, попросту забыл про нее. И нет, сейчас ее там нет. Я уже сходил туда и посмотрел, как только понял, к чему идет дело, и боюсь, что забрал ее оттуда отнюдь не я. Скажу вам одно: как только она найдется, я обязательно хочу ее опубликовать.

— Если найдется, – мрачно произнес наш клиент. – Раз Э. Э. оставил ее в туалете, абсолютно любой мог незаметно сунуть ее под пальто. И я наверняка уже никогда ее больше не увижу.

— Но это значит, что один из нас вор, – сказал кто-то.

— Я знаю, и об этом не может быть и речи. Все вы мои друзья. Однако вчера вечером все мы выпивали, а спиртное способно сбить человека с пути истинного. Предположим, кто-то из вас и вправду забрал эту рукопись из туалета и отнес ее домой – просто в порядке шутки, которая может показаться забавной после стаканчика-другого. И если этот человек готов вернуть ее – возможно, таким способом, чтобы никто не узнал, кто он такой… Хейг, ты наверняка сможешь придумать, как тут можно поступить.