Книга Рождественские тайны книжного магазинчика, страница 143 – Коллектив авторов, Отто Пензлер

Теперь у Эльвиры еще одно перо в шляпе. Ее новая книга, «Из огня да в полымя», стала национальным бестселлером и даже заняла первое место в списке «Нью-Йорк таймс», что задача не из простых, если вас интересует мое мнение. Отто Пенцлер – ее давний друг, и он попросил ее сегодня надписывать читателям экземпляры этой книги, поскольку считает, что ее книга станет отличным подарком на Рождество, в чем я ничуть не сомневаюсь. Она уже надписывала их здесь весной, когда эта книга только вышла в свет.

Должна признаться, что чувствовала себя крайне подавленной, и даже перспектива оказаться рядом с Эльвирой ничуть мне не помогла. Моя любимая бабушка – Нана, как мы все ее ласково называли, три месяца назад умерла, и поскольку моя мама сейчас живет в Чикаго, унылая задача по очистке от бабушкиных вещей дома в Восточном Бронксе, где Нана прожила последние шестьдесят из своих восьмидесяти лет, целиком и полностью легла на мои плечи. Последние десять дней я как раз этим в основном и занималась.

Нана интересовалась абсолютно всем, а в особенности любила животных, птиц и рыб. Из-за аллергии она не могла завести какого-нибудь домашнего питомца, но обожала все, что летает, ходит, плавает или ползает. В результате с годами ее маленький домик с двумя спальнями стал буквально ломиться, раздуваться, лопаться – сами выбирайте подходящее слово – от журналов, книг и фотографий всего вышеперечисленного. Принявшись выбрасывать журналы и книги, я была удивлена тому, сколько закладок в них отмечают страницы, в которых она обвела абзац или два – одному только богу известно зачем.

Нана покупала игрушечные версии своих любимых созданий и хранила их все до единой. К примеру, у нее было четыре плюшевых собаки Лесси разных размеров, одна из которых стоила мне двух швов на лбу в десятилетнем возрасте. Я и не заметила, что та лежит в ванне, когда открыла краны. А когда залезла в воду, то поняла, что купаюсь в компании какого-то раздутого мохнатого монстра. Вскрикнув, я вскочила, метнулась спасаться и крепко приложилась головой о сиденье унитаза.

Но, безусловно, именно благодаря Нане я и стала фанаткой детективов. Нана любила читать и особенно уважала этот жанр. Когда другие бабушки читали своим маленьким любимцам «Винни-Пуха», Нана знакомила меня с Нэнси Дрю^[82] и Эдгаром Алланом По.

Около двадцати лет назад, выйдя на пенсию, Нана решила, что может и сама писать детективные романы получше уже прочитанных, которые при ее большом опыте в криминальной области моментально возглавят списки бестселлеров. Я уже упоминала, что в течение сорока двух лет она проработала в окружном суде Бронкса? В ее обязанности входило сопровождать задержанных из камеры предварительного заключения в зал суда и обратно.

Своей новой цели Нана добивалась с завидной целеустремленностью, и, как правило, когда я звонила, ответ на автоответчике был примерно таким: «Писатель за работой. Простите, что не могу ответить. Перезвоню, как только выпадет минутка».

Чтобы присматривать за ней, мы с мамой регулярно навещали ее. И неизбежно находили Нану во второй спальне, которая теперь была превращена в ее рабочий кабинет, где она стучала на пишущей машинке. Да, именно на пишущей машинке. С одной стороны от ее ног лежал огромный словарь Вебстера, с другой – словарь синонимов и сборники цитат, а за спиной у нее громоздились коробки с явно отвергнутыми ею скомканными страницами. Ящики комода уже не закрывались из-за множества стопок отпечатанных листов, перетянутых резинками, а переполненные скоросшиватели на старомодном туалетном столике соперничали за место с пухлыми коричневыми конвертами из плотной бумаги.