Книга Рядом с солью, страница 82 – Кэтрин Ваз

Он узнал девушку, несущуюся к ним с тортом на подносе, еще до того, как Мэри представила их друг другу.

— Пет, какой чудесный торт! Это Джон Алвеш. Джон, это Перпетуя Родерик. Пет, где ты умудрилась его приготовить?

Джон и Пет расцеловались: ему было важно познакомиться с друзьями Мэри. По идеально гладкой помадке каскадом ниспадали тропические цветы, покрытые глазурью, – это был явный победитель, учитывая печальных соперников на столе. Перпетуя заявила:

— Я воспользовалась кухней Эдварда, и он меня убьет. Я израсходовала муку и разбила вазу. – Она в восторге крикнула Джону: – Ты даже красивее, чем Мэри рассказывала!

— Пет! – сказала Мэри.

Помахав рукой мужчине неподалеку, Перпетуя заявила:

— Это мой Генри! Тут есть палатка, где делают дагеротипы, и за два доллара они вставляют их его в сафьяновую рамку! Когда он разобьет мне сердце, я смогу использовать рамку снова.

— Генри не разобьет тебе сердце, – сказала Мэри, – а если вдруг разобьет, мы придумаем план мести. – Они рассмеялись, а почему бы и нет. Смешные замечания – это одна из лучших радостей дружбы. Но упоминание о разбитом сердце и мести, хоть и брошенное невзначай, заставило Джона напрячься. Раздался плач ребенка. Торты напомнили ему о предательстве по отношению к матери, когда он принял тот маслянистый комок кукурузной муки в тюрьме.

Прежде чем броситься к своему Генри, Пет повторила, как она рада встретить Джона.

Мэри спросила его:

— С тобой все в порядке, дорогой? – Словно пытаясь скрыть словами его отсутствующий взгляд, она стала болтать о том, что родители Перпетуи никогда не разговаривают друг с другом. Их восемь детей должны передавать их сообщения друг другу, потому что однажды, всего один раз, отец Пет соблазнил соседку. Мать задернула шторы на окнах, выходящих на тот дом, и больше никогда их не раздвигала.

— Некоторое время Пет думала, что все дома в Америке должны иметь темную и светлую половины, как луна.

Джон не успел изобразить интерес к домашней жизни родителей Пет: он содрогнулся, увидев Исаака Безблага в одежде проповедника, направляющегося к ним. Исаак взревел:

— Алвеш, приятно встретить тебя здесь. Кто это небесное создание?

Вокруг них текли толпы семейств, Мэри назвала Исааку свое имя.

— Мэри Фрейташ, разве вы не были обручены с джентльменом из Спрингфилда? Я читаю газеты. Однажды я стану пастырем, и я должен быть в курсе предстоящих священных обетов или светских развлечений, таких как эта ярмарка.

— Статус Мэри изменился, – сказал Джон.

— Ну и дела. Что случилось?

Джон взял Мэри за локоть, чтобы увести прочь, но Исаак добавил:

— Не видел тебя у Датчанина в последнее время.

Джон приблизился к Исааку – тот попятился, но презрительно усмехнулся, сообщив Мэри:

— Он истребовал у меня кругленькую сумму в азартной игре, но, так сказать, остается глух к моим мольбам о помощи. «Не пренебрегай поделиться тем, что имеешь, ибо такие жертвы угодны Господу», и, честно говоря, кто не любит небольшие подарки. Самое меньшее, что он мог сделать, это замолвить за меня словечко перед своей знаменитой матерью. Она сказала мне, что он поклялся помочь ей построить церковь, и я готов поспорить, опять же, что полученный выигрыш в той нашей игре поможет профинансировать ее. Ее улыбка, объединение – и миссия моей жизни определена. Я признаю свою слабость к карточной игре, поскольку Господь в Своей бесконечной мудрости сделал меня несовершенным. – Он осмотрел Мэри и сказал: – Вы восхитительный пример таланта Господа порождать искушения.