Книга Рядом с солью, страница 1 – Кэтрин Ваз

Katherine Vaz

ABOVE THE SALT

© 2023 by Katherine Vaz

© Новикова К., перевод на русский язык, 2026

© Издание на русском языке. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

Когда Господь создавал мир, Он забыл изобрести лед.

Он вложил всю Свою тоску в последние акты творения.

Каковы цвет и форма желания Бога?

Это белое пламя. Оно может содрать с тебя кожу или ослепить сиянием. Оно того же оттенка, что и Его любимые существа: рыбы, что скользят по дну самого глубокого моря. Они – чистый свет. Их тела мерцают – так они ведут свои разговоры. Бог окрашивает лед яркими красками так же, как благословляет ими стекло. Фуксия, яркая до боли. Ослепляющий синий. То золото глаза тигра, что мерцает в топазе. Лишь Его взору доступен безумный дворец, который Он возводит в каждой снежинке.

Но прислушайся к ветру: Его стоны терзают землю, потому что Он не создал возлюбленную, достойную небес.

Почему же нами так легко управляет страсть, если Сам Господь не может найти ту, на ком мог бы жениться?

Мадейра, 1843–1846

Долгое время, пока он жил в тюрьме со своей матерью, он питался лишь птичьими песнями.

Серафина Алвеш, тридцатипятилетняя вдова с португальского острова Мадейра, была приговорена к смерти за ересь, за то, что по-дружески говорила с Богом пресвитериан. Когда ее схватили солдаты, Джон с визгом вцепился в ее юбку, и они решили использовать его, чтобы сломить ее. Если она не вернется к вере своей юности, их с сыном оставят умирать от голода.

Тюрьма находилась в их деревне, недалеко от столицы, по прибытии Джон так и не отпустил пояс матери. В камере запахи извести и соли кружили ему голову.

— Голодны? – спросил Тониу Дутра, их тюремщик. – Примите истинную веру, сеньора Алвеш. – Джон бросился к ключу, свисавшему с ремня Тониу, но лишь разбил лицо о решетку. Тониу со смехом отвернулся и принялся пожирать манго.

— Мы будем питаться песнями, Джон, – прошептала она.

Музыка их накормит: они будут пировать, объедаться звуками. Неподалеку клекотали и переговаривались морские птицы, и их песни были сладкими на вкус. Мать сказала, что они с Джоном тоже птицы. Он – ястреб с когтями, она – сизая голубка, и поначалу они оба прекрасно наедались звуками небольшого оркестра друзей.

У моего мальчика синие крылья, пропела мать.

Я зла не убоюсь, любовь моя – мой меч.

* * *

Джону тогда было всего пять, но он навеки запомнил, как голод проник в него настолько глубоко, что в желудке проросли лозы: они были белые, как мягкие выщелоченные кости.

О, да воспоет тысяча языков: «Он узника освободит».

— Послушайте-ка этих Маленьких Птичек, – сказал Тониу. Os Passarinhos!^[1]Его брови напоминали гусениц, волосы были рыжими.

– Мама, – сказал Джон. Он должен помочь ей сбежать. Все это – его вина. Она пахла папайей: черные волосы были разделены пробором ровно посередине.

– Покайтесь за то, что читали не ту Библию, сеньора, и мы вас не повесим, – объявил Тониу. Раньше он работал носильщиком, таская гостей отеля «Жардин» вверх и вниз по холму на дребезжащих плетеных санях; он был достаточно силен, чтобы сломать шею лошади. На его пути увядали цветы.