Книга Рядом с солью, страница 171 – Кэтрин Ваз

Он спешился вместе с детьми, побежавшими обратно к своим матерям. Маленькая девочка в черном держала за руку одетую в черное женщину. Джон снял шляпу перед ней. Женщина сказала:

— Матильда боится забираться так высоко, верно, дорогая? Но видишь этого дядю, он похож на папу, и у него все хорошо.

— Хочешь покататься на белке или летучей мыши, Матильда? – спросил он.

Она юркнула за юбку матери.

Когда Джон двинулся к последнему отрезку своего пути, к конечному смыслу и награде за все его жертвы, девочка погналась за ним и прошептала:

— Но я бы хотела полетать и покрутиться, поиграть в воздушного змея.

— Воздушный змей. Хорошо.

Он поднял Матильду и развернул, схватил ее под мышки, и когда ее ноги поднялись в воздух, она радостно завизжала. Джон присел, развернул ее, как парус. Он давно так не улыбался. Локоны Матильды развевались, она держала тощие ручки на его ключицах. Когда он опустил ее, она сказала:

— Я знаю, что мой папа не вернется, но спасибо. Мама недостаточно сильная, чтобы поднять меня.

Ее мать выглядела благодарной, и он сказал:

— Удачи, мэм. Прощай, Матильда.

Она подпрыгивала и хлопала в ладоши, американская копия Марии Фрейташ в застенчивой, но жизнерадостной маленькой девочке.

Он направился к двухэтажному белому дому на Шестой улице. Деревья во дворе роняли цветы. Он был готов к неожиданностям, но не к виду людей, подметающих остатки снесенной теплицы. Неужели все ценное должно быть уничтожено? Незнакомец у двери ответил на его жалобные вопросы:

— Мы новые владельцы и планируем использовать это место для строительства павильона «причуда».

Что? Причуда – это декоративное сооружение без определенной цели. Ветви растений, чудесные кусты, экзотические импортные цветы, годы кропотливой работы Мэри и ее отца, великолепное строение с бледными стеклами – все это вывозили, небрежно отправляя на уничтожение.

Рядом маячила жена, слишком изнеженная, чтобы выглядеть такой подавленной. На вопрос Джона она ответила:

— Они переехали во Флориду. Верно, Томас?

Томас плохо изобразил интерес, добавив:

— Мужчина сказал, что во Флориде будет здоровее. – Он, как и многие, скрывал за маской вежливости нетерпение.

Джона сможет просветить Перпетуя Родерик. Но ее имя и описание, казалось, вызвали еще меньше интереса, не считая задумчивых слов жены:

— Работница, жившая в коттедже, уехала в Лос-Анджелес. Что-нибудь еще, солдат?

Джон приподнял шляпу, гадая, не видна ли его рана на голове, и сказал, что он не может придумать ничего еще.

Отчаянно желая добраться до матери и Никки, он сел на поезд до Джексонвилла и проковылял мимо сигарной фабрики, где осыпались буквы «Это дом для Эль Макко», мимо платной конюшни и аптеки, рекламирующей таблетки от желчи. Джон прошел центр города: два слепых мальчика вязали в узлы веревки, чтобы сделать гамак. Один окрашенный в синий цвет конец был привязан к столбу крыльца, и мальчики ловко, полагаясь на осязание, наращивали сетку выше того места, где окажется середина туловища. Пух с одуванчиков плыл над холмом Мадейра-Хилл, скользя по крапиве к юности Джона.

Домик с двором, где дерево в сезон гудело от светлячков, был занят вдовой с дочерью-подростком. Он воззрился на сломанное пианино и закричал:

— Где мои мать и сестра?

Вдова взяла его за руку: