Что если я куплю дом в Спрингфилде? Я смогу жить в нем с Тобой, когда вернусь. Я буду ездить на поезде каждый день, если придется, или найду другую работу. Я не могу жить без тебя. Я бежал к Тебе раньше & жажду сделать это снова, но Я НЕ СМОГУ ЭТОГО СДЕЛАТЬ, ЕСЛИ ТЫ В ОЛТОНЕ И НЕ ГОВОРИШЬ ГДЕ ИМЕННО, – достаточно плохо уже то, что Ты сказала, что занята день & ночь – часть про «ночь» обеспокоила меня, & я чувствую, что Ты в таком настроении, когда ты мне не рада. Я никогда не чувствовал такого горя, я не в своем уме. Если Ты влюбишься в Эдварда, я буду уничтожен, но позволь мне знать правду.
Джон. Алвеш.
Что она получила:
30 марта 1861 г.
Мэри, Руи снова мне помогает, в моей руке инфекция. Я скрывался от Тебя все это время из-за стыда от скандала: меня поймали на мошенничестве в том конкурсе. Слава богу, они позволили мне оставить 1/2 награды. (Никка помогла мне подготовить эссе, несмотря на правило, что мы сами несем ответственность за наши работы.)
Затем я еле спас свой выигрыш (& небольшую прибыль) после азартных игр на высокие ставки с богатыми господами из Чикаго. Я скучаю по Тебе, но, похоже, в следующем месяце меня переводят в школу для глухих, которая открывается в этом городе скотобоен & греховных соблазнов. Не знаю, как мне удастся избегать игр теперь, когда я знаю этих людей. Извини, я буду в Чикаго, у меня не получится увидеть Тебя.
Меня подталкивает ко всему этому мысль, что я не могу соперничать с тем, что Ты получаешь от мистера Мура, & я решил, что Ты должна положить конец мучениям двух мужчин, выйдя замуж за одного из них, больше способного дать все, в чем Ты, кажется, нуждаешься. Я люблю Тебя, но я должен взглянуть правде в глаза, поскольку я все ближе к призыву на войну.
Джон. Алвеш.
Пошатываясь, Мэри вошла в Иллинойсский Дом для женщин и девушек, в ту же самую комнату, с фарфоровой куклой и с Конни Партридж, которая плакала, засыпая по ту сторону тонкой стены. Муж Конни бросил ее ради Невады, сделав ее «серебряной вдовой». На следующее утро Мэри встала и пошла на кладбище, как будто ее позвали. Было ли это из-за того, что она чувствовала себя мертвой, или из-за того, что нахождение в замкнутом пространстве, где эхом отдавались рыдания невидимой женщины, убивало ее? Она ясно знала лишь то, что нуждается в отце.
Она обхватила папино надгробие руками. Батальон муравьев прошел по ее запястью, извиваясь браслетом. Если бы он был жив, он бы управлял оранжереей вместе с ней, а если бы она вышла замуж за Уорда, они с отцом претендовали бы на исполнение самых разных Божьих замыслов. У папы была бы гостевая комната. Они бы открыли для себя прелести Флориды – послевоенной, такой жаркой. Папа, посмотри на наши поля, на нас, а вот мой муж. Она смогла бы даже однажды принять Джона: вернувшегося после всех совершенных им геройств, свободного или несвободного от пороков, с нарушенными большими и малыми обетами – простить то, что он отверг ее, готовая с радостью вспомнить эпоху, когда они были так ужасно молоды.
Она лучше осознала то, что Эдвард называл «сплетнями», когда решила купить соленые ириски в кондитерской Уотсона для своих соседок по пансиону. Когда Мэри вышла из магазина, женщина в шляпе размером с буксир схватила ее за руку и прошептала:
