Книга Книга Блэквелла. Лощина Грешников, страница 30 – Николь Фиорина

— Вуху, Фэллон! – Мандей щелкнула пальцами прямо перед моим лицом, и я повернулась. – Тебе что, не хватило того, что мы в лесу увидели?

— Все не так. – Я попыталась тут же откреститься от ее странных предположений. – Просто есть в нем… что-то. Что-то иное.

Так оно и было. Или же во мне говорил алкоголь. Голову кружило. Меня словно околдовали. Либо выпивка отравила мне мозг, либо Джулиан проник прямиком в мою голову с помощью так называемой черной магии… или же меня тошнило от этого городка. Мне стоило бы бояться Джулиана после увиденного. Но я не боялась.

Мандей скрестила ноги и повернулась на стуле ко мне лицом.

— Иное? А что, масок недостаточно? Я понимаю… тебе любопытно. Ты заворожена. – Она пошевелила пальцами и округлила глаза. – Что за таинственные парни скрываются под этими масками? Но поверь мне, это тупик. Они холодны. У них нет личностей. Они почти и не люди вовсе. Не заговаривают ни с кем – только если приходится. Будто бы жаль тратить на нас воздух.

Я снова посмотрела на Джулиана: он со мной заговорил в тот день на скалах. Но Мандей и Фэйбл я об этом рассказывать не собиралась.

Я сглотнула и повернулась к девушкам.

— А зачем вообще маски нужны?

Они обменялись взглядами, а потом Фэйбл подалась вперед.

— Они прокляты.

— Проклятье Грешников Лощины, – добавила Мандей и потянулась к трубочке.

Фэйбл скинула длинные каштановые локоны с плеча и облокотилась на стойку.

— Джулиан из ковена Северного леса… а также Грешник Лощины.

— Ага, Майло мне о них рассказывал. Что они – последние четверо из пяти семей-основателей.

— Ага, – продолжала Фэйбл. – Предположительно маски они носят потому, что если увидеть их лица, то на тебя в ответ посмотрят все твои страхи. Стоит посмотреть на них, и…

Она щелкнула пальцами, и я дернулась.

— …сердце твое остановится. Испугаешься до смерти.

Я выгнула бровь и прищурилась.

— Ты же это не всерьез…

Фэйбл сжала губы и пожала плечами.

— Никто не знает. Никто ведь не может пережить, так сказать, этот опыт и все рассказать. И жаль, правда. Ковен умирает. А им все равно.

Глаза ее погрустнели: она уставилась в затылок Фениксу, прожигая его взглядом.

— Им на все плевать.

— Фэйбл была влюблена в Феникса, – прошептала Мандей. – Думала, что сможет до него достучаться.

— Не «достучаться». – Фэйбл закатила глаза. – А знаешь что? Забудь. Ничего я вам больше не расскажу.

— Но почему только они ходят в масках?

Больше никто не скрывал здесь лиц.

Между нами снова повисла тишина.

Фэйбл скосила взгляд на Феникса, а потом вновь посмотрела на меня.

— Только первенцы семей-основателей. Смерть следует за ними. Отец Джулиана убил семерых двенадцать лет назад, и Совет повелел его казнить. Отец Бека не выходит из дома – его давно никто не видел. А Феникс… его родители… их больше нет, – продолжила она, и я посмотрела на Феникса, который стоял на другом конце бара спиной к нам.

Его коричневые волосы были собраны в низкий пучок у самой шеи. Одну руку он держал на рычаге, а во второй держал кружку с пивом. Его плечи напряглись, когда он услышал, что мы обсуждаем.

— Они – вымирающий вид.

— Ты забыла о мистере Хорошем Парне, – напомнила Мандей.

— Ах, да. Отец Зефира – Высший Жрец ковена Северного леса. Стал им после того, как казнили отца Джулиана. Рано или поздно ты встретишься с Кларенсом Гуди.