Книга Книга Блэквелла. Лощина Грешников, страница 32 – Николь Фиорина

— Поглотил? – Я глянула на Феникса – тот закинул полотенце на плечо и облокатился о стену, наблюдая за Фэйбл.

Музыка и топот ног заставляли бар чуть ли не вибрировать.

— Что ты собираешься делать, Фэллон? Ты плоскоземелица или как? – подначивал Кейн.

Фэйбл подала мне руку, и мозг мой вдруг переклинило.

— Лады, – согласилась я, даже не подумав, чуть кивнула и рассмеялась.

Я взяла Фэйбл за руку, уже все решив. Кейн схватил меня за бедра и поднял на стойку. Оказавшись высоко в воздухе, я огляделась. Толпа смотрела на меня. Из колонок гремела музыка. Все ждали, что я что-то сделаю.

— Я – МЕСТНАЯ! – закричала я, вскидывая руки в воздух. – И Я ОЧЕНЬ-ОЧЕНЬ ПЬЯНА!

От моих откровений взорвался весь зал: люди принялись танцевать под песню. И я тоже.

Все вокруг поплыло: я кружилась на месте, вскинув руки. Волосы мои развевались. Фэйбл схватила меня за руку и потащила к центру стойки. Они с Мандей начали учить меня правильно топать. Я понятия не имела, что творю… но я напилась, и мне было все равно.

Может, потому люди и пьют. Чтобы не думать.

Чтобы забыть. Чтобы освободиться.

Лицо пылало от широкой улыбки, растянувшей мои онемевшие губы. Конечности двигались так, словно обладали собственным разумом. Я посмотрела туда, где сидел Джулиан: он все еще наблюдал за мной с этим таинственным любопытством.

Внутри меня поднялась гравитационная волна… чувство легкости, как после того, как заедешь на небольшой холм. Свободное падение. Щекотка в животе.

А потом я поскользнулась.

Я среагировал.

Мне не следовало этого делать, но я не успел подумать. Оказался у стойки и поймал ее до того, как она упала. Я держал Фэллон Гримальди в своих руках… и мир померк. Музыка смокла. Толпа перестала танцевать. Полные ужаса глаза смотрели на нас. Остановилось все вокруг – кроме меня.

Я не смог остановиться. И среагировал.

Я держал ее на руках. И с этим уже ничего нельзя было сделать.

Фэллон пьяно улыбнулась.

Она меня совсем не боялась. И не потому, что выпила.

— И снова здравствуйте, – прошептала она.

Ее слова звучали словно заклинание.

Мне хотелось ответить ей… но я не мог. Все смотрели на меня. И на нее. Я заглянул ей в глаза и увидел там ясность. Я держал ее, и мне казалось, что я держу бомбу или цвета́ заката… в таком положении меня не должны были видеть.

— Блэквелл! – закричал кто-то, и заклинание рассыпалось.

Я зажмурился, и мир обрушился на меня.

А потом я открыл глаза, поднялся… и отпустил Фэллон. Та повалилась на пол.

Ах, если бы я мог отвернуться и не видеть ее падения.

— Что это ты делаешь? – рявкнул Кейн, ударив кулаком по стойке.

Я не стал обращать на него внимание: поправил рукава и сосредоточился именно на этом действии.

Все в зале молчали. Но напряжение росло.

Феникс поднял руки: в его яростном взгляде читался вопрос.

Я прошел мимо него и перепрыгнул через мокрую стойку, на которой девушки танцевали всего мгновение назад. На которой танцевала и Фэллон, качая бедрами в своих коротеньких шортиках, и семь морей качалось в ее взгляде.

— Я знаю, ты не станешь смотреть на это безобразие, – сказал Зеф всего час назад. – Она – одна из них.

Напоминание. А после – моя реакция.

Она танцевала. И я наблюдал за ней.

Я почувствовал, как Зеф прожигает меня взглядом.

— Пойдемте, – приказал я, надевая пальто.