Книга Крымский перелом, страница 207 – Эдуард Тен

Ординарец Ерёмы принёс небольшой короб. Веселов распахнул крышку и принялся осторожно выкладывать дары. На стол легли два хронометра. Один — массивный, золотой, солидный, настоящая генеральская вещица. Второй — более изящный, тоже из золота, на тонкой цепочке. Ерёма открыл крышку массивных часов, и те тотчас заиграли негромкую, приятную мелодию.

— С музыкой, — довольно улыбнулся Веселов. — Для души. А эти — для солидности, — пододвинул он изящные. — Пользуйся, командир.

— Благодарю, конечно, Ерёма. Трофейные? — прищурился я. — Небось нахапали по самое не хочу?

— Чего сразу нахапали? — обиделся Веселов. — Это когда мы с мангеровцами оружие собирали после боёв, вот и подобрали с мёртвых. Им уже ни к чему, а нам в хозяйстве всякая вещь сгодится. — В голосе его послышалось плохо скрываемое довольство.

— Ох, Ерёма, спалишься на мародёрстве.

— О как заговорил, командир! Сбор трофеев — и никакого мародёрства. Законный военный обычай.

— Ладно, закрыли тему, — оборвал я. — Благодарю за презенты. Кстати, Паша, что там с сестрой твоей?

— Да вон Лука у кареты прощается. Слёз — море, потонем скоро.

— Послушай, Еремей Степанович. Отряди ко мне Луку да ещё кого помоложе. А то вокруг одни есаулы да сотники — с ними в Петербурге не развернёшься.

По тому, как кисло вытянулось лицо Веселова, я сразу понял его отношение к моей просьбе.

— Сейчас Костя Рыбин узнает — весь мозг мне проест, — проворчал он.

— Зови Костю.

Рыбин, войдя в палатку, с порога почувствовал неладное.

— Здравия желаю, командир.

— Вот что, Костя, — опередил я его возможные возражения. — Убываю в Петербург. Нужны два молодых пластуна — толковых и шустрых. Думаю взять с собой Луку и ещё кого на твой выбор. Дела предстоят серьёзные, нужны свои, проверенные и надёжные люди.

— Ну, коли так, — подумав, ответил Рыбин, — тогда бери дружка Луки — Тёму, Артёма Дровникова. Два сапога пара. Толковые ребята, не подведут.

— Благодарствую за помощь. Только на вас вся надёжа.

— Да чего уж там, командир. Свои люди.

Паша уже испарился — побежал обрадовать Луку.

Попрощавшись с пластунской бригадой, я отправился в Петербург. Дорога была не идеальной, но вполне пригодной для поездки и продолжала улучшаться. Это дало мне возможность спокойно обдумать события в России и мире. Ко мне приходили очень краткие и непонятные для постороннего человека доклады. Например: «Все запланированные мероприятия проходят согласно вашему указанию» или «Дон Жуан выполнил взятые обязательства». ДРГ-2 выполнила все обязательства, накладка, произошедшая во время их работы, не связана с ними. Природный форс-мажор и т. д. Запланированная мной информационная война развивалась вполне успешно. В Англии и, особенно, во Франции удалось привлечь либерально настроенных журналистов и общественных деятелей. Им аккуратно передавалась правдивая информация, лишь слегка подкрашенная в нужный нам цвет, а небольшая материальная поддержка принесла неожиданно хорошие результаты. Во Франции уже открыто порицали императора за его столь неудачную войну, — конечно, если бы тамошняя публика слышала лишь о победах французского оружия над «варварами», настроения были бы совершенно иными. Нынешняя же ситуация вызывала в обществе глухое раздражение и растущее недовольство.