Книга Линия иной судьбы 5, страница 84 – Дмитрий Соловей

Яздовский внимательно слушал, не перебивая.

— Конструкция должна быть трёхслойной, — показал я на страницу с эскизом. — Внутренний слой, прилегающий к телу, — гидрофобный, он пропускает влагу только в одну сторону. Средний слой — из распушённой целлюлозы. Она мгновенно впитывает жидкость и передаёт её гидрогелю, который превращает всё в монолитное желе. А внешний слой — тончайшая полиэтиленовая плёнка, которая не пустит влагу на комбинезон.

— Разумно, — согласился полковник, разглядывая схему. — А как вы планируете крепить это… анатомическое изделие на теле? Под комбинезоном любой узел натрёт кожу до крови за пару часов.

— Никаких пуговиц и завязок, — ответил я. — Нужны застёжки-липучки. Знаете, по принципу обычного репейника, который цепляется к одежде. Тканевая лента, где на одной стороне микрокрючки, а на другой — микропетли. Я слышал, на Западе эту штуку уже кто-то изобрёл и запатентовал, так что технология существует. Они позволяют за секунду намертво зафиксировать эти «трусы» на теле, подогнав по размеру, и при этом не создают выступов.

Яздовский побарабанил пальцами по столу, переводя взгляд с меня на эскиз.

— Липучки, целлюлоза, полиэтилен… — негромко пробормотал он. — Идея отличная, Жериков. Но вы понимаете, что в рамках нашей лаборатории мы это на коленке не соберём? Ваша задумка требует совершенно другого размаха. Тут нужна не исследовательская лаборатория, а полноценный производственный цех с автоматизированным оборудованием, прессами для формовки целлюлозы и станками для производства плёнки. В Союзе такого оборудования просто нет.

— Ну, товарищ полковник, тут вы от меня слишком многого хотите, — я развёл руками и виновато улыбнулся. — Я ведь простой парень из провинции. Моё дело — химия, формулы, ну и общая идея. А устраивать цеха, выбивать фонды под импортные станки и налаживать промышленное производство… Извините, я всего лишь аспирант. Это совершенно не в моей компетенции.

Полковник нахмурился. Видимо, не привык, что ему возражают.

— Но если вы спросите моего мнения, то такое производство нужно организовывать прямо здесь, на территории вашего НИИ, — продолжил я. — Пусть сначала это будет не огромный заводской цех, а небольшая опытно-экспериментальная линия. Буквально пара комнат с полуавтоматическими станками, которые можно заказать на каком-нибудь опытном заводе ВВС или Минсредмаша.

Полковник не перебивал и продолжал внимательно слушать.

— Почему именно здесь? — Я загнул один палец. — Во-первых, строжайшая секретность. Если отдать заказ на обычную гражданскую фабрику, через неделю вся Москва будет шёпотом обсуждать новинку. Во-вторых, и это главное, — логистика. Нам ведь придётся постоянно дорабатывать конструкцию. Опытные образцы должны поступать в вашу лабораторию № 1 мгновенно, без бюрократической волокиты. Сделали партию — тут же отдали вашим сотрудникам на испытания. Хоть на тех же собаках из вивария проверяйте, как гель впитывает. Провели эксперимент, нашли недочёты — перешли через двор в цех, подкрутили станки, изменили плотность целлюлозы. Так мы сэкономим месяцы работы.

Яздовский несколько секунд мерно постукивал карандашом по столу. На его лице отражалась напряжённая работа мысли. Наконец он кивнул:

— Мыслите вы здраво, по-государственному. Организовать закрытый участок на нашей территории — мысль правильная. У меня как раз пустует пара полуподвальных помещений в третьем корпусе, их планировали под склады. Да и связи в Министерстве обороны позволяют надавить на нужные заводы, чтобы нам по чертежам собрали штучные прессы для целлюлозы.