Книга Линия иной судьбы 5, страница 83 – Дмитрий Соловей

Невольно я вытянулся по струнке. Фамилия Яздовский мне ни о чём не говорила, но персона в этом военном НИИ явно была значимая.

— Здравия желаю, товарищ полковник, — произнёс я.

— Здравствуйте, Валентин Георгиевич. Присаживайтесь, — Яздовский кивнул на стул напротив себя и тут же задал вопрос: — В армии служили?

— Нет. Поступил в институт и только что выпустился.

— Жаль, — отрезал полковник. — Дисциплина вам бы не повредила. У нас закрытый военный институт. Здесь приказы выполняются точно и в срок. Опоздание на минуту — рапорт. Срыв графика — взыскание. Вы меня поняли?

— Понял, — кратко ответил я.

— Вот и отлично. Формально, для конспирации, вы числитесь аспирантом у Глеба Михайловича, во второстепенной лаборатории Института биофизики. Туда будете ходить раз в неделю с сентября. Реально же ваше рабочее место здесь. Пропуск на территорию вам выпишут постоянный. Мне доложили с КПП, что вы на колёсах. Сразу предупреждаю: никаких посторонних в салоне на территорию не провозить.

Он открыл ящик стола, достал оттуда тонкую папку и полистал её.

— Ваше изобретение, — Яздовский постучал пальцем по бумагам. — Особый гидрогель с высокой абсорбирующей способностью. Вы ведь создавали его для лётчиков стратегической авиации? Чтобы решить проблему… кхм, длительных полётов в гермокостюмах?

— Никак нет, — отрицательно покачал я головой. — Гидрогель создавался исключительно для Целины.

На мгновение на лице Яздовского промелькнуло удивление.

— В любом случае лётчики — это вчерашний день, — продолжил он. — Вы даже не представляете, Жериков, насколько вовремя вы со своим гелем подвернулись. Нам нужно решить эту проблему для условий, в которых обычные дренажные системы не работают в принципе из-за отсутствия гравитации. Понимаете, о чём я?

Вот тут до меня дошло! Невесомость!

Наконец-то я понял, почему меня так спешно выдернули по спецприказу и засекретили, а за окном лаяли те самые дворняги. Полковник медицинской службы Яздовский руководил программой, о которой в 1958 году вслух не говорил вообще никто. Программой подготовки к полёту человека в космос!

— Понимаю, товарищ полковник, — как можно более спокойным голосом ответил я.

— Раз понимаете, то к делам, — Яздовский снова стал предельно деловым и строгим. — Сегодня оформляете документы в Первом отделе. Завтра в восемь ноль-ноль жду вас здесь. Начнём с ознакомления с техническим заданием. Свободны, аспирант Жериков.

На следующий день в восемь ноль-ноль я стоял у той же двери. Младший лейтенант кивнул мне, и я вошёл в кабинет. Полковник Яздовский уже сидел за столом, обложенный документами, и выглядел так, будто и не уходил отсюда.

— Проходите, Жериков. Садитесь, — без лишних предисловий бросил полковник. — С Первым отделом вчера закончили? Вот и отлично. Теперь к делу. Ночью я ещё раз перечитал ваши выкладки по гидрогелю. Впитываемость у него колоссальная, здесь вопросов нет. Но как вы технически представляете его использование в кабине? Нам нужно готовое, надёжное изделие.

Я достал из портфеля несколько листов с зарисовками, подготовленными с вечера.

— Товарищ полковник, сам по себе гель — это просто порошок или гранулы. Здесь нужна правильная оболочка. Обычные трусы или подгузники из ткани не подойдут: они намокнут. Тяжёлую медицинскую клеёнку использовать тоже нельзя — кожа пилота моментально сопреет, появятся жуткие опрелости и гнойники.