Книга Слева Направо и Справа Налево, страница 52 – Дженнифер Линн Барнс

— И что я должна сказать? Ответ или правду? – Назвать шифр или причины, по которым мы должны быть осторожными?

— Что хочешь.

Я опустилась на колени, чтобы получше рассмотреть каждую букву. Ни в «Z», ни в «Y», ни в «X», ни в «W», казалось, не было ничего примечательного…

— Люди, которые переходят дорогу моей семье, обычно умирают, – я коротко передала всю суть.

— Наркотики? – Гарри увидел ответ на моем лице, наполовину скрытом в ночной тьме. – Но в моем случае… Это не бизнес. Это личное.

Он подобрался слишком близко к тому, с чем справиться было не под силу нам обоим.

— Это не вопрос, ты говоришь очень уверенно, – заметила я.

— Для меня игры легче вопросов. Головоломки. Загадки. Шифры, – Гарри опустил глаза на алфавит, нарисованный на песке. – Моя память как чистый лист, но в то же время я удивительно много чего помню. Я знаю, как завязывать шнурки на ботинках. Я знаю, как дышать вопреки боли и как запирать ее в воображаемой маленькой железной коробочке. И я знаю, что до тебя еще ни у кого не получилось с этим разобраться.

Я так и не поняла, что именно Гарри имел в виду под «этим» – шифр или самого себя. Но то, как он произнес «до тебя», заставили меня подумать о нем. О том, как его дыхание щекотало мою кожу, смешиваясь с моим собственным.

Как же было легко просто ненавидеть его!

— Твои буквы похожи на геометрические фигуры, – я прошла по пляжу и коснулась пальцами сначала «U», потом «S».

— Сплошь прямые линии, как когда мы играли в «Два хода».

— И о чем тебе это говорит? – спросил Гарри.

— Здесь есть связь, – ответила я машинально и так же машинально принялась рисовать на песке. Его алфавит занимал почти всю сухую часть пляжа, и мне пришлось уйти к тому месту, где песок был уже влажным. Я стала пальцем выводить по памяти шифр из нашей игры в «Виселицу».

Мои губы изогнулись в усмешке, когда я написала над числами ответ, слово «UNCOPYRIGHTABLE», а потом поднялась и подошла к самому началу алфавита.

К букве «A».

Я начертила рядом с ней цифру 3.

— Большая часть чисел шифра начинается с тройки, – начала рассуждать я вслух. Оглянулась на числа и слово над ними. – И только две – с двойки.

«L» и «T».

— Догадалась? – спросил Гарри.

Я хмуро взглянула на него:

— «B» не может быть семеркой.

Гарри пожал плечами:

— Зависит от того, как ты ее нарисуешь.

Я перевела взгляд на букву, о которой шла речь.

Семь линий.

— В «A» три линии. В «B» получилось семь только потому, что ты так по-идиотски ее нарисовал. Если бы ты использовал углы, как в «R» из «Двух ходов», получилось бы всего пять.

— А еще можно в шесть уложиться, если нарисовать одну длинную вертикальную линию двумя короткими. – Гарри явно не испытывал угрызений совести из-за своего коварства. – Я ведь предупреждал тебя, что учился обходить правила у лучшего из лучших.

В прошлый раз фраза звучала не совсем так. Понимал ли он, что сейчас имел в виду своего отца? Миллиардера? Человек не смог бы сколотить такое состояние, играя честно.

— Ты знаешь, – тихо спросила я Гарри, – о ком говоришь?

Я заметила, как на его скулах заиграли желваки, и долгое время он просто молчал.

— Твоя мама никогда не поднимала на тебя руку. – Когда Гарри наконец заговорил, его голос был ровным, совершенно спокойным и слишком похожим на мой собственный. – Ей и не приходилось этого делать. Так ты сказала мне прошлой ночью.