Книга Князь Медведев. Дело рода, страница 25 – Вячеслав Уточкин

Холодный взгляд Гнедича столкнулся с пылающим взглядом финской старушки-националистки. По залу разлилось напряжение. Первой отвела взгляд старушка.

— Ну что, всё опять переносим? — сварливо спросила она.

— Если вы гарантируете качество выполненной работы, после ритуала я выполню своё обещание.

— Я до сих пор не увидела товара, — не унималась она. — Внесите хотя бы предоплату.

Гнедич достал из инвентаря небольшой металлический чемоданчик. Положив его на стремянку, открыл. С моего места содержимого я не увидел.

— Это мутаген. Смертник вскрывает ампулу. В радиусе двадцати пяти километров шестьдесят пять процентов всего живого подвергается мутации очень агрессивной формы. Через трое суток мутаген становится безвреден. Как и договаривались, пять ампул.

Он закрыл чемодан.

— Эликсир молодости получите после проведения ритуала. Теперь попрошу покинуть помещение.

Пока шли переговоры, я успел достать из инвентаря арбалет. Шарики кончились, остались два гарпуна с катушкой из молекулярной нити. Отсоединить нить без ножа никак. Да еще и один из гарпунов завёрнут крючком.

Зарядил единственный рабочий гарпун, укрепил катушку и приготовился к бою. Дверь за тремя дамами закрылась. В зале остались я, Плутарх и Гнедич.

Последний начал раздеваться. Я решил, что ритуал лучше всего будет прервать в середине процесса, и выжидал удобного момента. Плюс надо было понять, что он вообще задумал.

События показали, что я оказался прав. Гнедич лёг на пол, уйдя в слепую зону. Через минуту вместо него с пола поднялся крылан. Эта тварь кардинально отличалась ото всех, что я встречал ранее: двухметровая пакость с отливающими бронзой крыльями. Кончики крыльев венчали когти размером с хороший кинжал.

Издаваемые крыланом звуки сковал моё тело. Даже дышать стало тяжело.

Впервые в сознание ворвался голос Мявки — моего личного проклятия. До этого она вела разговоры только когда я подходил к калитке в заборе, окружающем источник.

Хотелось понять, как ей это удалось. Но первая же фраза отодвинула моё любопытство:

— Ну ты влип! Это Коготь Левого Крыла Патриарха. Каюк нам!

Дальнейший разговор прервал стеклянный куб, в котором заработал непонятный механизм. Над ним появилась полупрозрачная проекция золотого крылана. Чёрные камни венца на его голове источали дымку. Точно такой же камень я видел на Дороге Крови.

Бывший Гнедич упал на колено, уперев кончики когтистых крыльев в пол. Крошки бетона полетели в разные стороны.

— Великий! — Звуки, издаваемые этой тварью, синхронно переводила Мявка. — У нас проблемы.

Чернота от кристаллов венца сгустилась. Не получив ответа, Коготь продолжил:

— Погибли три чешуйки, отвечавшие за связь с некромантами. Развоплотился Коготь Правой Руки, не успев устранить местечковых владык. Гуманоид, способный добраться до кода центрального мира, пока не вычислен.

Каждое слово я впечатывал в память. Три уничтоженных связных — это я удачно выбиваю их сеть. Коготь Правой Руки развоплощён — он похоже не слабее этого бронзового и похоже я знаю, чьим телом он пользовался. А «гуманоид для кода центрального мира» — вот это пока непонятно. Но уже не первый раз про это слышу. Что за код, интересно. Интуиция кричала, что мимо меня эта история не пройдет и обязательно по мне потопчется.