Книга Игра переходит в эндшпиль, страница 80 – Алексей Махров

— Понимаю, — сказал я. — Поэтому я не прошу людей с оружием.

— А чего просите? — спросил Кофманн.

— Информации, — сказал я. — Только информации. Где Корф бывает вне управления. Как ездит. Кто его возит. Где стоит его машина. Есть ли у него постоянное жильё или он меняет места. Кто убирает его кабинет, кто носит ему еду, кто стирает бельё, кто чинит печи, если они есть, кто обслуживает дом. Есть ли у него постоянная женщина, врач, парикмахер, портной. Какие маршруты он использует. Где рядом проходные дворы, чердаки, подвалы, пустые квартиры. Где можно наблюдать издалека, не приближаясь к объекту. Мне не нужна ваша боевая группа. Мне нужны глаза.

Кофманн внимательно посмотрел на меня. В разведке, как и в строительстве, идеальных решений вообще не бывает. Бывает конструкция, которая держится при расчётной нагрузке, и бывает красивая схема, падающая от первого порыва ветра. Сейчас мы как раз пытались прикинуть, выдержит ли подпольная сеть дополнительную нагрузку.

— Хорошо, — сказал Кофманн. — Я помогу вам собрать информацию. Адреса, маршруты, слухи, обслуживающий персонал, окна, дворы, привычки. Но без спешки. И без прямого контакта.

— Этого достаточно, — сказал я. — Решение о ликвидации пока не принято. Но если приспичит, поздно будет начинать с нуля.

Разговор подошёл к той точке, где продолжать значило бы повторяться или уходить в детали, которые сейчас нельзя было ни проверить, ни использовать. Кофманн получил всё, что касалось его напрямую: польская сеть активна, Бесага ведёт к английскому следу, АК имеет структуру, Лотта подозрительна, Корф опасен, помощь подполья нужна не оружием, а сведениями. Я не сказал ему о «Велроде», о вечерних планах, о машине, о мелких бытовых неурядицах, потому что лишняя информация, даже переданная своему, становится грузом.

«Пастор» вышел из прохода между стеллажами первым, снова становясь хозяином букинистической лавки. Он подошёл к одному из шкафов, провёл пальцем по корешкам, выбрал довольно толстую книгу в потёртом коричневом переплёте, стряхнул с верхнего обреза пыль и вернулся ко мне. На обложке золотом, почти стёртым от времени, было написано имя Генриха Манна. Продолжение прежней книжной истории. Хороший выбор. Постоянный покупатель не должен уходить с пустыми руками, если пришёл в книжную лавку среди бела дня и провёл внутри больше нескольких минут.

— Возьмите, — сказал Кофманн уже по–немецки, протягивая книгу. — Это продолжение того, что я вам рекомендовал раньше. Думаю, оно придётся вам по вкусу, герр лейтенант.

— Благодарю, герр Кофманн, — ответил я тоже по–немецки, принимая книгу и машинально оценивая её вес. — Надеюсь, на этот раз у героя меньше неприятностей.

— В хороших книгах неприятностей всегда хватает, — сказал Кофманн. — Иначе их никто не стал бы читать.

Он подошёл к окну, убедился, что на улице нет никого, кто проявляет к лавке нездоровый интерес, затем вернулся за прилавок и раскрыл свою бухгалтерскую книгу на прежней странице, показывая, что разговор закончен.

— До свидания, герр Кофманн, — сказал я по–немецки.

— Всегда рад видеть любителя хорошей литературы, герр лейтенант, — ответил Кофманн, не поднимая глаз от бухгалтерской книги. — Берегите себя. В наше время хорошие читатели встречаются всё реже.