Книга Перекрестки миров. Том 6, страница 92 – Джек из тени

Ил'да на верхнем ярусе судорожно перевела дыхание. Горло сдавило спазмом. Ей было плевать на беженцев. Плевать на голодранцев, которые продавали свои жизни за миску каши и стальной тесак. Старую ведьму жгло изнутри другое.

Власть! Та самая власть, которую она по крупицам собирала последние восемьдесят лет, вытравливая конкурентов ядами, ссоря кланы между собой и замыкая на себя все нити переговоров с Новым Римом.

Совет Старейшин таял на глазах, как прошлогодний снег под огнеметом.

Еще три месяца назад сотня патриархов собиралась в большом зале, споря до хрипоты о квотах на охоту и границах вырубок. Ил'да сидела во главе стола, снисходительно слушая эти вопли, и одним движением брови решала, кому жить в достатке, а кого сгноить на дальних заставах.

Теперь зал Совета был пуст. Больше половины старейшин сидели в приемной у Тиссы, вымаливая контракты на поставку хоть чего-нибудь для русских войск или умоляя зачислить их младших сыновей в стрелковые роты Барона. Они сами несли Корневу золото. Сами отдавали десятину в казну Нового Арзамаса, клялись в верности чужаку в камуфляже и выбивали для своих родов право первыми ступить на тропический берег.

Алексей их даже не запугивал. Он не присылал танки к их родовым усадьюам, не грозил расстрелами. Этот проклятый чужак просто открыл дверь в новый мир и установил на ней ценник. Простой, прозрачный, понятный любому лесному зверю: работай на Федерацию — и будешь сыт. Воюй за Барона — и получишь власть.

Огрызались только дальние кланы. Те, чьи земли находились в трех неделях конного перехода к северу, в непролазных чащах, куда еще не докатилась война с малоранами. До них долетали только слухи, толпы ободранных беженцев да жирные купцы, продававшие земные топоры и спички по цене чистого серебра. Северяне сидели на своих пнях, надували щеки и рычали, что не потерпят пришельца.

Но Ил'да знала цену этому рыку. Всего лишь вопрос времени. Год, максимум два — и северяне приползут на коленях, когда их соседи, вооруженные земной сталью, вернутся с богатой колониальной добычей.

Но самым страшным ударом для старейшины стала новость, принесенная лазутчиками всего три дня назад. Ирина-Эйрин. Чертова девка с кошачьими ушами и глазами мертвой невесты Корнева.

До того как осесть при штабе и превратиться в личного палача старой ведьмы, Эйрин годами скиталась по самым глухим углам Леса. Она знала тропы, о которых молчали карты Совета. Мелкие, полудикие общины, изгои, остатки разбитых десятки лет назад племен. Совет всегда считал их мусором. Дикарями, даже по местным меркам, с которых нечего взять, кроме шкур очень агрессивной живности.

А Ирина вспомнила про них.

Две недели назад кошка снарядила полсотни своих старых дружков-следопытов и отправила их далеко за пределы обжитых земель. С одним-единственным наказом: собирать всех. Звать стойбища под руку Ключника. Обещать чистую воду, вакцины от болотной гнили, сытную еду три раза в день и землю на далеком юге, где не бывает зимы.

Ил'да поначалу решила, что девка спятила. Зачем Барону тысячи голодных ртов, не умеющих даже держать строй? Осознание накрыло ведьму ночью, вызвав приступ удушливого кашля.

Это были не голодные рты. Это были чистые листы бумаги.

Корнев мыслил не категориями ближайшей зимы или цен на пшеницу, как привык мыслить замшелый Совет. Он закладывал фундамент на поколения вперед. Эти дикари, спасенные от вымирания, получат кров, одежду и земную медицину. Их дети пойдут в школы, которые русские уже сколачивали в Новом Арзамасе. Они научатся читать по земным букварям, говорить на русском языке и чинить машины в военных мастерских.