Книга Перекрестки миров. Том 1, страница 109 – Джек из тени

А потом из этой пустоты, из самого её сердца, родилась точка. Крохотная, едва заметная искра, которая начала разрастаться, наливаясь силой. Она не светила в привычном понимании, просто была сутью света. И этот свет потянул его к себе.

В следующее мгновение Корнев уже летел. Летел сквозь немыслимые, искажённые пространства, которые невозможно было описать человеческим языком. Мимо проносились туманности, мигали, как далёкие маяки, пульсирующие звёзды, распускались и тут же увядали цветы из чистого света. Это было похоже на то, как если бы кто-то прокручивал перед его глазами всю историю вселенной в ускоренной перемотке.

И здесь, в этом абсолютном нигде, перед ним развернулась Карта.

Это не было похоже на штабную карту или навигационный интерфейс. Это была живая, дышащая структура, сотканная из света и теней. Бесконечная, трёхмерная паутина, узлами которой были светящиеся точки, соединённые между собой тонкими, пульсирующими нитями, карта Врат. И знание о ней, понимание её сути, влилось в сознание Алексея не через глаза или уши, а напрямую, как будто эту информацию всегда хранили в его ДНК, и только сейчас кто-то ввёл пароль для доступа.

Он видел узлы, которые горели ровным, уверенным зелёным светом, активные, стабильные переходы. Таких было большинство. Но солидная часть точек на карте была почти прозрачной, едва мерцающей. «Спящие», пронеслось в сознании. Врата, которые можно было активировать, но для этого нужен был Ключ.

Некоторые нити, соединяющие узлы, были жёлтыми, болезненно-тревожного цвета, «Заблокировано». Он не знал, как и почему, но чувствовал, что проход по этим маршрутам невозможен, словно на дороге стоял непробиваемый стальной занавес.

Но страшнее всего были красные и чёрные метки. Красные узлы не просто горели, они пульсировали, как открытая рана. От этих точек исходило ощущение опасности, боли и смерти. «Активный конфликт», пришло понимание. Там шла война, такая же, как та, из которой его только что вырвало, или даже хуже. А чёрные точки, они были дырами в этой паутине света. Пустотой, которая всасывала в себя всё вокруг. Уничтоженные Врата, мёртвые, навсегда потерянные пути.

Карта была интерактивной. Он не двигал руками, которых у него не было, двигал её силой мысли. Смахнул в сторону, и паутина послушно сместилась, открывая новые, ранее невидимые сектора. Но, сдвинув её несколько раз, Корнев упёрся в «туман войны». Непроницаемую серую мглу, за которой он ничего не видел, но линий в этот туман уходило множество.

Корнев вернул карту в исходное положение, находя тот узел, из которого его вырвало. От него к зелёной точке с пометкой «Терра-3» (почему-тo внутри он знал, что это и есть Земля) вело несколько путей. Но все они, все до единого, были помечены как заблокированные. Все, кроме одного, тончайшая, едва заметная нить, уходившая куда-то за пределы видимой карты, в тот самый «туман войны». Нестабильный, длинный, обходной маршрут…

Внезапно Карта мигнула и начала сворачиваться, как старый пергамент, превращаясь в небольшое, тускло светящееся окно. А перед ним, в звенящей пустоте, начала формироваться фигура. Она была соткана из того же полупрозрачного, призрачного света, что и сама Карта. Очертания были гуманоидными, но расплывчатыми, как изображение в воде. Фигура была высокой, изящной, и от неё исходило ощущение древней, непостижимой мудрости и любопытства.