Книга Перекрестки миров. Том 1, страница 108 – Джек из тени

Но все же, римской военной машине удалось переломить ход сражения в свою пользу, введя в бой все резервы, особенно магов. Свежие команды, закидывали ушастых огненными подарками размером с колесо от Урала. Начался массированный обстрел, часть которого долетела до позиций армейцев.

— Ложись! — заорал кто-то дурным голосом.

Инстинкт, вбитый в подкорку сотнями часов тренировок, сработал раньше, чем мозг успел осознать опасность. Корнев, Романовский и все, кто наблюдал за сражением, рухнули на дно окопа за долю секунды до того, как огненный шар врезался в землю. Взрыв хорошо так встряхнул землю в округе. Огненных снарядов было все больше, основная линия обороны, и так вся перепаханная в бою с ушастыми, в любой момент могла стать братской могилой. Романовский приказал отойти ко второй линии обороны. Бойцы спешно покидали передок, подальше от огненного вала.

Здоровенный огненный шар шлёпнулся недалеко от бегущего Корнева. Старлея отбросило, как тряпичную куклу. Он не почувствовал боли, только мощный, неумолимый толчок в спину. Тело пролетело несколько метров по воздуху и врезалось во что-то твёрдое и холодное.

Мир на мгновение погас, сменившись фейерверком ослепительно-белых искр перед глазами. В ушах зазвенел высокий, тонкий звук, заглушая все остальные. Корнев хорошо приложился спиной и затылком о гладкую, холодную поверхность чёрной стойки древних Врат.

Сознание вернулось рывками. Сначала тупая, пульсирующая боль в затылке, которая с каждым ударом сердца становилась всё сильнее. Потом солоноватый, металлический вкус крови во рту. Старлей с трудом разлепил веки. Всё плыло, как в тумане. Он лежал на земле, возле основания арки. Рядом что-то горело, отбрасывая на чёрный камень Врат пляшущие, зловещие тени. Корнев попытался пошевелиться, но тело не слушалось, казалось ватным и чужим. Из носа текла кровь, заливая подбородок и воротник кителя.

С трудом, опираясь на руки, он сел, голова раскалывалась, мир вращался.

— Командир! Барон! Ты живой? — донёсся откуда-то издалека, словно из-под воды, встревоженный голос Казановы.

Корнев попытался ответить, но из горла вырвался лишь хрип. Старлей поднял руку, чтобы вытереть кровь с лица, затем начал подниматься на ноги. Его снова повело, теряя равновесие, Корнев инстинктивно выбросил вперёд руку, пытаясь опереться, удержаться от падения.

Измазанная в крови ладонь легла на поверхность арки, коснувшись небольшой, едва заметной панели, которая ничем не выделялась на общем фоне. Панель буквально на миллиметр была чуть утоплена в камень, а поверхность покрыта тончайшей гравировкой.

«Идентификация пользователя…»

Мир вокруг Корнева не просто погас, его выключили, как старый ламповый телевизор, выдернув вилку из розетки. Грохот боя, крики раненых, треск пламени, всё это схлопнулось в одну бесконечно малую точку и исчезло. Остался только оглушительный, пронзительный звон в ушах, который, казалось, был единственным, что осталось от вселенной. И боль, тупая, пульсирующая, гвоздями вбитая в затылок.

Он не падал, не летел, просто был. Существовал в абсолютной пустоте, лишённый веса, объёма, даже собственного тела. Сознание, оторванное от физической оболочки, металось в этой безвременной черноте, как слепой котёнок, отчаянно пытаясь нащупать хоть что-то, за что можно уцепиться. Но вокруг не было ничего. Ни верха, ни низа, ни света, ни тьмы. Только звенящая пустота и собственная, оголённая до предела мысль. «Это конец? Контузия? Сдох?»