Книга Стальной прибой, страница 93 – Джек из тени, Марк Блейн

Город был наводнен людьми. Они стояли на тротуарах, высовывались из окон, лезли на деревянные балконы купеческих домов. И они пялились на нас.

Но как пялились… В любом нормальном человеческом поселении Этериума вид колонны закованных в серую сталь бойцов, сопровождаемых тяжеловооруженными орками, вызывал бы вполне понятный рефлекс: схватить детей, запереть двери и молиться. Орков последний раз здесь видели довольно давно и в основном в качестве участников рейдерских набегов.

А эти — смотрели. Без страха, без шепотков за спиной. Никто не свистел, не улюлюкал, не кидал гнилые помидоры в «северных варваров». Просто ровные и спокойные взгляды. Сотни глаз, следящих за нами с одинаковым интересом. Пару раз я замечал, как торговки у лотков с рыбой продолжали машинально потрошить улов, даже не моргая, пялясь на клыкастую ухмылку проезжающего мимо орочьего десятника.

— Мурашки по коже, — едва слышно, не разжимая губ, произнесла Лира. Она профессионально, одними глазами сканировала толпу. — Они словно под легким трансом. Не куклы, нет. Воля на месте, но эмоциональный какой-то вялый.

— Массовая ментальная обработка? — так же тихо ответил ей, поправляя перчатку. — Заставляет любить власть и не задавать лишних вопросов.

Именно поэтому идея взять с собой орков, которую первой озвучила Урсула, а Лира горячо поддержала, оказалась простой, но гениальной. Я сначала сомневался, думал, спровоцируем конфликт. Но кицунэ объяснила популярно: зеленые ментально устойчивы до абсурда. Если в мозг обычного человека можно влезть, как рука в перчатку, то орочий разум — это комок колючей проволоки, пропитанный адреналином.

Любая, даже самая аккуратная попытка внешнего контроля выливается у них в неконтролируемые вспышки дикой агрессии. Причем некоторые, самые матерые ветераны вроде Урсулы, физически чувствуют направление, откуда лезет «щупальце», и могут запросто метнуть нож в балкон, где прячется маг.

И вот сейчас я видел, как это работает. Один из орков в третьем ряду вдруг шумно втянул воздух ноздрями, глухо зарычал и резко повернул голову в сторону неприметного переулка, обнажив желтоватые клыки. Давление тут же исчезло. Кто-то умный там, в толпе, понял, что еще секунда, и наш клыкастый дядька просто пойдет рубить всё живое в радиусе десяти метров.

Остальные мои парни, люди и гномы, шли под защитой амулетов. Не таких ультимативных, как те артефакты, что висели на шее у меня и Лиры, но вполне рабочих. Амулет не блокировал чтение мыслей полностью, зато начинал ощутимо жечь кожу при попытке вторжения. А инструкция у легионеров была простая: жжет грудь — подаешь сигнал командиру. Дальше дело техники. Точнее, парочки простреленных голов в толпе. Благо, стрелки на флангах колонны держали пальцы на спусковых крючках.

Магистрат показался минут через двадцать. Здоровенное, трехэтажное здание с колоннадой, выстроенное из того же белого камня, что и весь проспект. Пафосно, дорого надо отдать должное со вкусом.

Напротив широкой мраморной лестницы нас уже ждали. Небольшая группа людей, разодетых так, будто они собрались не на деловую встречу с военными, а на королевский бал. В центре этой пестрой клумбы стоял мужчина средних лет. Плотный, холеный, с коротко стриженной бородкой и цепким, колючим взглядом умных карих глаз. Камзол из темно-синего бархата сидел на нем безупречно.