Книга Стальной прибой, страница 72 – Джек из тени, Марк Блейн

Маркиз Вильяда проследил за его взглядом и тонко, ядовито усмехнулся.

— Они осознают свою новую роль в пищевой цепочке, герцог. Сотни лет играли на противоречиях людей, выступая арбитрами. А теперь арбитр — вы. И ваш аргумент, тот, что на поясе ваших людей, звучит куда убедительнее любых дипломатических нот.

— Я предпочитаю картечь, — вставила Урсула. — Надежнее, и разлет больше.

Элизабет устало прикрыла глаза, но уголки её губ дрогнули.

— Урсула, мы на балу. Оставь картечь для битвы. Хотя… — она обвела взглядом кружащиеся в танце пары, — некоторые лица здесь действительно так и напрашиваются…

Лиора тихо рассмеялась, прикрыв лицо изящным веером. Звук получился грудным, бархатистым, отчего пара стоявших неподалеку молодых баронов едва не свернули шеи, пытаясь рассмотреть княгиню сквозь спины охраны.

— Ах, девочки, вы слишком прямолинейны, — промурлыкала кицунэ. — Политика — это та же война, просто раны наносят не сталью, а ядом и вовремя сказанным словом.

— Если слово подкреплено стволом, оно усваивается быстрее, — парировала Лира.

— Завтра, после коронации Его Величества Лютера, начнется самое интересное, — тихо произнес Око Короля, глядя в свой бокал. — Полный передел активов мятежников. Уверен, Ваша светлость, вы уже прикинули, какие именно производственные мощности Лангра интересуют ваше герцогство?

— Рудники в предгорьях на севере, — не задумываясь, ответил ему. Торговаться и играть в ложную скромность он не собирался. — И полный контроль над логистикой реки Быстрицы. Мне нужен бесперебойный канал для барж. Взамен вы получите стабилизацию южной границы на ближайшие несколько лет. Честный обмен на сейчас. Уверен, чуть позже мы найдем, чем этот обмен улучшить.

Вильяда медленно кивнул. Цифры в его голове сошлись.

— Корона не будет возражать. Особенно учитывая, что альтернативой была бы потеря всего государства.

Разговор прервался внезапным движением в толпе. Музыка на центральном балконе стихла, сменившись коротким, торжественным боем барабанов. Двери малых покоев распахнулись, и в зал, в окружении плотного кольца личной гвардии, вышел Лютер.

На нем был строгий темный камзол без излишней позолоты. Лицо оставалось бледным, но в глазах застыла та самая холодная сталь, которую я так ценил в своих офицерах. Пацан повзрослел, перешагнув через труп родного брата и сотни убитых врагов.

Зал моментально затих. Лангрская элита, шурша шелками, послушно согнула спины в глубоком поклоне.

Я, как и Лиора, не стал кланяться. Лишь коротко, с уважением кивнул, встретившись взглядом с будущим королем. Элизабет рядом с ним склонила голову с грацией королевы, признающей равного.

Лютер остановился у подножия помоста, затем посмотрел в сторону оцепленной зоны, где стоял весь наш шабаш, и едва заметно, одними уголками губ, усмехнулся. Он понимал всё. Понимал, на чьих штыках держится его власть. Что маркиз уже торгуется наперед. И, судя по всему, его это пока вполне устраивало.

— Начинается, — тихо выдохнула Лиора. — Давай, пацан. Покажи им, кто теперь раздает карты.

Дальше понеслась коронация.

Если честно, я в жизни не видел мероприятия более унылого и одновременно напряженного. Вот серьезно. Вроде бы праздник, исторический момент, смена эпох и всё такое, а по факту — душная, пафосная тягомотина.