Книга Стальной прибой, страница 29 – Джек из тени, Марк Блейн

— Ваша светлость, — голос полковника Гросса, дежурившего у карты в нашем столичном штабе, вырвал меня из мыслей. — Новые данные от Третьего отряда.

Я подошел к массивному дубовому столу. Младший принц, все еще бледный, но уже научившийся спать по три часа в сутки не снимая сапог, тоже пододвинулся ближе.

Все эти сводки мы получали с задержкой максимум минут в десять. Амулеты связи работали исправно, гномы Брунгильды, матерясь и требуя тройную норму пива, успели наваять еще десяток этих артефактов до того, как бойцы прошли сквозь портал. И теперь вся информация тут же, почти в режиме реального времени, отражалась на штабной карте. Генералы Лангра, присутствовавшие в ставке, сначала осеняли себя знамением, а потом просто тихо охреневали от скорости обновления данных. Для их средневековых мозгов война, где ты знаешь маневр противника прямо сейчас, а не через неделю от загнанного вусмерть гонца, это была информационная амброзия.

— Давай, выкладывай, — я кивнул Гроссу, закуривая. Дым поплыл под сводчатый потолок.

Пока полковник двигал фишки на карте, я краем глаза наблюдал за политическим цирком, который не останавливался ни на секунду даже в условиях надвигающегося апокалипсиса. Вильяда, старый интриган, рвал жилы, встречаясь с представителями древних аристократических родов Лангра. Торговался, угрожал, шантажировал старыми грехами. Выбивал из них гарантии, что эти упыри с родословными от сотворения мира как минимум не ударят нам в спину, когда начнется замес.

С новой же аристократией, особенно беглецами из соседних погибших королевств, купившими титулы — разговор был другой. Ими занимались мои бойцы. Ибо нехрен. Эти нувориши, почуяв слабину Короны, решили, что можно по халяве урвать кусок побольше. Начали качать права, требовать преференций, задерживать обозы с фуражом и много чего еще.

Диалог вышел предельно коротким.

Когда очередной пухлый виконт попытался рассказать одному из орков о своих «исконных правах на складские помещения», боец просто молча достал топор и снес идиоту башку прямо посреди его собственной гостиной. Потом так же молча собрал еще девять самых борзых крикунов из числа «новой крови». Их отрубленные головы в мешках из грубой мешковины раскидали по крыльцам их же подельников.

Отрезвило мгновенно. Сразу нашлось и зерно, и телеги, и патриотизм забил ключом. Не все, конечно, прониклись любовью к новой Родине, но воровать в открытую перестали. Страх — отличный стимулятор.

Дело близилось к глубокой ночи. Мы собрались у карты, чтобы подытожить этот дерьмовый день. Урсула меланхолично точила свой здоровенный топор новым точильным камнем. Этот звук раздражал местных штабных до нервной икоты, но сделать замечание орчанке ни у кого яиц не хватило. Лира пила какой-то травяной сбор, не сводя прищуренных глаз с отметок вражеских войск.

Внезапно один из амулетов связи, лежащих в специальном ложементе, засветился.

— Герцог на связи.

Голос Хорста, командира наших разведчиков, висевших на хвосте Седьмого егерского, пробился сквозь расстояние. Звучал он хрипло, на фоне подвывал ветер.

— Шеф. Хреновые новости. С корпусом Виртела только что соединился крупный отряд темных. Мы насчитали не меньше трех тысяч клинков, плюс боевые звери. Но это полбеды.