Книга Пионеры диких земель, страница 52 – Джек из тени, Марк Блейн

Я говорил, и чувствовал, как моя уверенность передаётся им. Они видели, что я не сомневаюсь. И они перестали сомневаться сами.

— Собирайтесь, — сказал я. — Выступаем на рассвете. У нас очень мало времени.

Караван растянулся на несколько лиг, извиваясь по пыльной дороге, ведущей на север. Это зрелище одновременно и вселяло гордость, и пугало своим масштабом. Десять тысяч клинков, цвет моей зарождающейся империи, шли в неизвестность, чтобы исправлять ошибки.

Я ехал в авангарде, рядом с Урсулой, чьи орки, составлявшие ударную группу, нетерпеливо переминались, предвкушая битву. Боевые песни, хриплые и яростные, разносились по степи, распугивая редких животных. За нами, в строгом порядке, двигались полки легионеров, их выправка и дисциплина радовали глаз. А в центре колонны, окружённые со всех сторон охраной, медленно ползли транспортные платформы. Наних, укрытые брезентом, стояли мои главные козыри, пушки и миномёты Брунгильды, а также ящики с драгоценными зажигательными снарядами. Для стрелков выгребли, всё, что осталось с прошлых боёв на складах, плюс забрали весь новодел, пока готовились к походу.

Этот поход был авантюрой чистой воды. Я сорвал с места почти все боеспособные части, оставив в Железной Твердыне лишь минимальный гарнизон под командованием Грома, которому приходилось изображать манёвры рот и батальонов для особо любопытных глаз. Если бы Мортана или кто-то из её друзей решил нанести удар сейчас, моя столица была бы обречена. Ноя ставил всё на то, что Лира права, и наш враг сейчас здесь, на севере.

Путь до «Надежды» занял две недели ускоренного марша. Мы гнали, почти не делая привалов, нас хорошо спасали новые паровые грузовички, что тащили на себе всю основную тяжесть, давая возможность солдатам идти на легке. Когда мы наконец прибыли, картина, открывшаяся нам, была удручающей.

Поселение, которое я видел в отчётах цветущим и полным жизни, превратилось в военный лагерь. Вокруг наспех сколоченных домов был вырыт глубокий ров, насыпан земляной вал, утыканный острыми кольями. Все деревья и кустарники в радиусе выстрела были вырублены, создавая уродливую, но идеально простреливаемую пустошь. На стенах, через каждые десять метров, стояли часовые. Женщины и дети были эвакуированы в центральную, наиболее укреплённую часть поселения. Воздух был пропитан тревогой и запахом страха.

Рорх встретил меня у ворот. Он постарел лет на десять. Под глазами залегли глубокие тени, лицо осунулось, но взгляд был твёрдым и ясным.

— Вождь, — он коротко, по-военному, отдал честь. — Рад видеть тебя.

— Я тоже рад видеть тебя живым, старый друг, — я положил ему руку на плечо. — Докладывай.

— Они не прекращают атак, — сказал он, когда мы вошли в его штабную палатку. — Каждую ночь. Небольшие группы, по десять-двадцать особей. Прощупывают нашу оборону, ищут слабые места. Мы отбиваемся, но потери… каждый день мы теряем по несколько человек. Они действуют умно, хитро. Используют свои подземные ходы, появляются там, где их не ждёшь. Мои парни на пределе, ещё неделя такой осады, и они начнут сходить с ума.

— А что Лира?

— Она и её девочки не возвращаются, — Рорх покачал головой. — Ушли три дня назад вглубь леса, на поиски. С тех пор ни слуху, ни духу. Я посылал за ними поисковый отряд, но они вернулись ни с чем.