Книга Воздушная кавалерия. Том 1, страница 141 – Джек из тени

Генерал побагровел, но промолчал.

— Лаборатория — это расточительство, — продолжил Цесаревич, легонько постукивая пальцем по папке. — Такой инструмент нужно использовать по назначению и там, где он принесёт максимальную пользу. Даже массовые разрушения бывают полезными. Это хорошо бодрит врагов Отечества, как внешних, так и внутренних.

Он откинулся в кресле, а его взгляд снова устремился на далёкие шпили Адмиралтейства.

— Отправьте его во Владивосток, — его голос прозвучал тихо, но абсолютно непререкаемо. — Зачислить в состав Дальневосточного Корпуса в звании поручика. Вы же хотели опробовать новые варианты противодействия противнику?

— Да, Ваше Высочество — ответил полковник Жандармерии.

— Отлично! Пусть пройдёт первичное обучение под началом полковника Арсеньева. Заодно и получит боевое крещение. Японцы не заставят себя долго ждать. Посмотрим, как он справится с настоящей войной. Все разведки мира сейчас пасутся на Дальнем Востоке, хватит на всех и даже ещё останется.

Он снова взял в руки следующую папку, давая понять, что тема закрыта. Три влиятельных человека в силовых структурах Империи молча переглянулись и согласно кивнули. Пешка по имени Кирилл Строганов была передвинута на самый опасный участок доски.

* * *

Я летел первым классом.

После двух недель в госпитале меня, едва я смог твёрдо стоять на ногах, выписали, вручили новенькие погоны поручика, подъёмные, которых хватило бы на покупку небольшого дирижабля, и билет на флагманский пассажирский лайнер «Императрица Виктория», следовавший рейсом Санкт-Петербург — Владивосток.

Моя каюта была безумно роскошной — всюду был бархат, позолота и полированное красное дерево, а стюард бесшумно приносил шампанское и устриц. Я смотрел, как за огромным иллюминатором, который мне напомнил глаз циклопа, проплывают бесконечные облака. Это и была та самая позолоченная клетка, о которой говорил отец. У меня было всё… кроме выбора.

Травмы еще давали о себе знать — моё тело, хоть и залатанное нанитами, всё ещё помнило чудовищную перегрузку, которую ему пришлось вытерпеть, поэтому плечо немного ныло, а по спине при резких движениях пробегала острая боль. Большую часть полёта я спал, проваливаясь в липкий сон без сновидений. Мой организм отчаянно пытался восстановиться, и Консоль переводила все доступные ресурсы в режим регенерации.

Вот и сейчас, едва дождавшись ужина, я задёрнул плотные шторы и упал на широкую и мягкую кровать, проваливаясь в спасительную темноту.

Мир исчез, но вместо привычной пустоты перед моим внутренним взором вспыхнуло окно. Оно было не похоже на строгий, аскетичный интерфейс моей Консоли. Это окно было обрамлено переливающимися всполохами лилового огня, а в его иссиня-черной глубине медленно открылись два глаза — огромные вертикальные зрачки на радужке цвета молодого изумруда. Они обвели взглядом мою каюту, а затем сфокусировались на мне, и я почувствовал, как по спине пробежал холодок, не имеющий ничего общего с травмой.

— Выжил, уже неплохо, — раздался в моей голове голос. Это был мелодичный женский голос, с лёгкими насмешливыми нотками, и он звучал так, словно его обладательница улыбалась. — Но этого вряд ли хватит для того, что его ждёт.

Не успел я осознать услышанное, как рядом с первым окном вспыхнули ещё десятки. В них, как товары в витрине, были выставлены готовые к загрузке программы: