Онлайн книга «Воздушная кавалерия. Том 1»
|
Я сглотнул вязкую слюну. Мне отчаянно хотелось рассказать отцу абсолютно всё: про реактор, про другую жизнь, про Консоль, про нанитов. Я бы с радостью вывалил на него эту безумную и совершенно невозможную правду, но я не мог, так как груз этих знаний сломал бы его. Мой отец был человеком старой закалки, человеком неба и честных сделок, а мир программного кода и невидимых роботов был для него дальше, чем самая далёкая звезда. — У меня… проснулся дар, батя, — выдавил я из себя ложь, которая на вкус была как пепел. — Редкий и очень сильный. Бать, такие, как я нужны Империи. Особенно сейчас, когда… — Когда война на носу, я знаю, — закончил отец за меня. Он наконец посмотрел на меня, и в его глазах я увидел бесконечную тоску. — Я всегда хотел для тебя другой жизни. Мечтал, чтобы ты стал инженером и строил новые корабли. Чтобы у тебя была семья, дети, а теперь ты станешь оружием. Он поднялся, подошёл к койке и сел на её край, взяв мою руку в свои. Его ладони были горячими и шершавыми, как старый просмоленный канат. — Я не прошу тебя отказываться, потому что прекрасно понимаю, что выбора у тебя нет, — сказал он и крепко сжал мои пальцы. — Я прошу тебя лишь об одном. Не потеряй себя, Кирилл, среди этих людей в мундирах и их интриг и приказов. Прошу, не забудь, кто ты. Не забудь простого купца Андрея Строганова и его старую посудину «Удачу». Помни, что у тебя есть дом. Я почувствовал, как к горлу подкатывает ком, и поэтому просто кивнул, так как не доверял своему голосу. Отец тяжело поднялся с кресла и произнёс: — Мне пора, сынок. Завтра утром мы отправляемся в рейс, нужно везти станки на Урал. Жизнь ведь продолжается. Он наклонился и крепко, по-медвежьи, обнял меня, а я в ответ вцепился в его грубую куртку, всю пропахшую ветром, машинным маслом и чем-то неуловимо родным. На мгновение я снова стал тем двадцатитрехлетним парнем, которым никогда не был. — Ты только будь осторожен, сынок, — прошептал он мне на ухо. — Эти люди совершенно другие, они не такие, как мы. Для них ты просто ресурс, и пока полезен, тебя ценят. А потом… Отец не договорил, он ещё раз посмотрел на меня долгим прощальным взглядом, а потом резко развернулся и, не оглядываясь, вышел из палаты. Дверь за ним закрылась с тихим щелчком, который окончательно отделил моё прошлое от моего будущего. Я остался в палате один, и впервые за всё это время почувствовал вину за то, что втянул своего отца (свою новую и единственную семью) во всю эту историю. * * * Кабинет был воплощением власти — огромный, отделанный тёмным морёным дубом, с высокими, от пола до потолка, окнами, из которых открывался величественный вид на свинцовые воды Невы и гранитные бастионы Петропавловской крепости. В нём пахло озоном от бесшумно работающего пылевого фильтра, дорогим табаком и кожей, а за массивным письменным столом, который был весь завален картами и папками с грифом «Совершенно секретно», сидел молодой человек. На вид ему было не больше двадцати пяти лет, но в его ясных серых глазах была холодная мудрость и тяжесть ответственности, не свойственная его возрасту. Его прямая осанка и идеально сидящий на нём гвардейский мундир без единой награды, а также и то, как он властно, но без суеты перебирал документы, выдавали в нём человека, который рождён повелевать. Это был Цесаревич Алексей Николаевич — наследник престола Российской Империи. |