Книга Воздушная кавалерия. Том 2, страница 82 – Джек из тени

— Раненые стабилизированы. Их уже доставили в госпиталь на одном из «Кречетов». Прогноз по Кольцову благоприятный, ногу спасут, хотя хромать будет долго. Остальные отделались несложными ранениями и тяжелым испугом. Психологическое состояние взвода… эйфорическое. Они еще не до конца поняли, что сделали, но уже чувствуют себя героями.

— Плохо, — нахмурился я. — Божествам не прощают ошибок. А у нас их будет еще много.

Возвращение на базу было странным. Нас встретили не фанфарами, а гулкой, напряженной тишиной. Новость о нашем рейде и его последствиях уже разлетелась по батальону. Когда мы, грязные, оборванные, шли от причала к своей казарме, солдаты и офицеры из других рот провожали нас молчаливыми взглядами. В них больше не было презрения, только смесь удивления и зависти. Мы перестали быть просто штрафниками, стали чем-то непонятным, непредсказуемым и оттого опасным.

Я отпустил людей, приказав Матвееву проследить, чтобы помылись и легли спать. Сам же, проигнорировав лазарет, направился в сторону офицерского клуба. У меня не было ни малейшего желания пить или праздновать.

Офицерский клуб был островком столичной цивилизации посреди нашей дальневосточной глуши. Тяжелые портьеры, мягкие ковры, запах дорогого табака и кожи. Здесь, в клубах сигарного дыма, проигрывались состояния в карты, плелись интриги и заключались сделки. Здесь обитали те, для кого война была лишь досадной помехой в карьере.

Я остановился в тени у входа, не привлекая к себе внимания. Моя грязная, пропахшая порохом форма была здесь таким же чужеродным элементом, как свинья в императорском дворце. И я увидел его.

Капитан Орлов сидел в самом дальнем, самом уютном углу, в глубоком кожаном кресле. Он был не один, вокруг него сидели трое его ближайших прихлебателей, таких же холеных штабных офицеров. На столике перед ними стояла батарея бутылок и почти нетронутая еда. Но это не было похоже на праздник. Лицо Орлова было бледным, осунувшимся. Он не пил, а цедил коньяк мелкими, нервными глотками, и его глаза лихорадочно блестели.

— … он просто выскочка! Простолюдин, которому повезло! — донесся до меня обрывок его срывающегося голоса. — Он подставил меня! Он все подстроил, чтобы выслужиться перед полковником!

Его дружки согласно кивали, подливая ему в бокал. Это было жалкое зрелище. Но я знал, что загнанная в угол крыса становится самой опасной. Орлов резко встал, чуть не опрокинув стол.

— Нет! Я этого так не оставлю! — прошипел он. — Я не позволю какому-то грязному мужлану рушить мою карьеру!

Он быстрым, нервным шагом направился к выходу, почти врезавшись в меня. Он отшатнулся, его лицо на мгновение исказилось от страха, когда он узнал меня. Но страх тут же сменился концентрированной, животной ненавистью.

— Ты… — прошипел он.

— Господин капитан, — холодно кивнул я, не давая ему договорить. — Хорошего вечера.

Я намеренно посторонился, пропуская его. Он бросил на меня еще один полный яда взгляд и, почти бегом, выскочил из клуба. Он не пошел в сторону казарм. Он направился к штабному зданию, где находился узел связи.

— Алиса, — мысленно позвал я, медленно идя за ним на безопасном расстоянии. — Можешь подключиться к его разговору?

— Мой дорогой хозяин, вы меня обижаете, — промурлыкал ее голос. — Местная ГИС-сеть по сравнению с моими возможностями, это арифмометр против квантового компьютера. Конечно, могу. Уже подключаюсь, канал защищенный, абонент на той стороне находится в Санкт-Петербурге.