Книга Воздушная кавалерия. Том 2, страница 6 – Джек из тени

Не давая ему опомниться, я нанес второй удар ребром ботинка по ноге чуть ниже колена. Он снова взвыл и завалился на бок, хватаясь за поврежденную конечность.

Я лениво наклонился и поднял тяжелый, приятно холодный револьвер. Проверил барабан, пять патронов. Качество так себе, но убить можно.

— Плохая дисциплина владения оружием, — нравоучительно произнес я в наступившей тишине, обращаясь скорее к самому себе. — Так и ногу себе прострелить недолго.

Я выпрямился, держа револьвер стволом в землю. Передо мной на грязных камнях корчились двое представителей власти. Один хрипел, пытаясь вдохнуть, второй скулил от боли, баюкая сломанное запястье. Девушка за моей спиной перестала плакать и теперь дышала короткими, судорожными вздохами, в которых смешались ужас и изумление.

А вокруг нас образовался вакуум. Круг пустоты диаметром метров в десять. Торговцы и покупатели застыли, как соляные столпы, боясь пошевелиться. Они смотрели на меня, кто со страхом, кто с плохо скрытым восхищением. Только что на их глазах неизвестный калека с тростью за тридцать секунд раскатал двух вооруженных полицейских. Такое здесь случалось не каждый день.

Сержант наконец откашлялся. Он поднял на меня взгляд, полный ненависти и бессильной злобы.

— Ты… ты труп, — прохрипел он. — Тебя сгноят на каторге… Нападение на представителя…

— Я напал? — я удивленно вскинул бровь. — Помилуйте, господин сержант. Я всего лишь помог вам поднять то, что вы неосторожно уронили. — Я демонстративно качнул револьвером. — А ваш коллега, кажется, поскользнулся. Здесь очень грязно, нужно быть аккуратнее.

Мой спокойный, издевательский тон, кажется, взбесил его окончательно. Он попытался подняться, опираясь на локти.

— Убью, мразь…

И в этот самый момент я услышал то, что должно было прозвучать раньше или позже. Четкий, размеренный, ни с чем не сравнимый звук. Стук подкованных армейских сапог по булыжной мостовой. Ритмичный, неумолимый, он приближался, отсекая все остальные шумы.

— Командир, зафиксировано приближение патруля. Рекомендую немедленно избавиться от оружия и принять вид жертвы обстоятельств, — деловито проинформировала Алиса.

Я усмехнулся. Жертва обстоятельств, это больше не моя роль. Не стал прятать револьвер. Наоборот, я перехватил его удобнее и сделал шаг вперед, вставая точно над двумя поверженными полицаями.

Из-за угла, с соседней улицы, чеканя шаг, вышел военный патруль. Впереди суровый капитан-ветеран с сединой на висках и орденской планкой на груди. За ним десяток солдат в полевой форме, с винтовками наперевес. Их лица были серьезны, а взгляды холодны и внимательны.

Они увидели эту картину: посреди рыночной площади, в кругу замершей толпы, стоит человек в штатском с револьвером в одной руке и тростью в другой, а у его ног корчатся двое полицейских.

На секунду патруль замер. А потом раздалась четкая, звенящая команда капитана:

— Оружие на землю! Немедленно

Команда капитана прозвучала как удар хлыста. Десяток винтовочных стволов, как десять холодных пальцев, уперлись мне в грудь. Солдаты действовали слаженно и без суеты, взяли нас в плотное кольцо, отсекая от толпы. Это вам не городские полицаи с пивными животами.

Я не стал испытывать судьбу. Медленно, демонстративно опустил револьвер на мостовую. Затем выпрямился, опираясь на трость, и поднял пустую руку на уровень плеч, показывая, что не собираюсь делать глупостей.