Книга Воздушная кавалерия. Том 2, страница 47 – Джек из тени

Мы рванули. Не по тропе, а напрямик, через колючий кустарник, цепляясь за мокрые корни и скользкие камни. Ветки хлестали по лицу, тяжелый бронежилет давил на плечи, заставляя легкие работать на пределе. Слева, в ущелье, снова завязалась перестрелка, Матвеев, поняв мой маневр, возобновил огонь, отвлекая внимание на себя.

— Командир, это тактическое самоубийство! — голос Алисы в моей голове звенел от тревоги, перекрывая шум боя. — Анализ рельефа показывает, что впереди идеальное место для контрзасады. Вероятность того, что они нас ждут семьдесят восемь процентов!

— Тогда умрем красиво, — прохрипел я, перепрыгивая через гнилой ствол поваленного дерева.

И она, как всегда, оказалась права. Мы обогнули огромный, поросший мхом скальный выступ, и время словно замерло. Они ждали, трое. Прямо перед нами, в десяти метрах. Они не прятались в лежке, они стояли за толстыми стволами сосен, держа наш сектор на прицеле, просчитав наш маневр.

Мир взорвался огнем и грохотом.

Вспышки выстрелов ударили почти в упор. Воздух между нами превратился в гудящий, смертоносный рой свинца. Я услышал короткий, птичий вскрик. Ворон, наш зоркий глаз, рухнул на землю, как подкошенный, хватаясь за пробитое бедро. Кровь мгновенно пропитала его штанину, превращая ее в темную, мокрую тряпку.

— Суки! — рев Хмыря был полон ярости. Он успел сделать несколько выстрелов в сторону врага, прежде чем его самого мотнуло в сторону. Он, матерясь, завалился набок, прижимая руку к плечу, из которого толчками била кровь.

Я, подчиняясь чистому инстинкту, нырнул за ближайший камень. В тот же миг пуля с оглушительным визгом срикошетила от гранита в сантиметре от моей головы, обдав лицо горячей каменной крошкой. Засада внутри засады. За несколько секунд я потерял обоих бойцов и оказался один, прижатый к земле, против троих.

Один из наемников, высокий, жилистый тип с бородой, решил, что мы легкая добыча. Он счел меня неопасным, выскочил из-за своего дерева и, издав гортанный крик, бросился на меня. В его руке тускло блеснул длинный боевой нож. Он не хотел тратить патроны, он хотел прирезать меня, как барана, наслаждаясь процессом.

Я не стал целиться, это было бы слишком долго. Просто выхватил из кобуры тяжелый, еще пахнущий порохом револьвер и, не поднимаясь, выстрелил ему в грудь. Грохот в замкнутом пространстве оглушил. Наемник дернулся, словно наткнувшись на невидимую стену. На его лице застыло удивление. Мужик посмотрел на дымящуюся дыру в своей груди, потом на меня, и мешком рухнул в двух шагах от моего укрытия.

Но двое других уже были рядом. Они двигались синхронно, обходя мой камень с двух сторон. Я видел их глаза, холодные, пустые, глаза профессиональных убийц. Ножи в их руках тускло блеснули в полумраке ущелья.

Я понял, что не успею. Револьвер был пуст, на перезарядку не было времени. Карабин лежал в стороне, я мог бы попытаться отбиться тростью, но против двух опытных ножевиков это было бы смешно. В этот миг вся моя наносная уверенность, вся моя командирская спесь слетела, как шелуха. Я не спецназовец из прошлой жизни, я программист. Человек, чьим главным оружием всегда был мозг, а не мышцы. И сейчас мой мозг с ужасающей ясностью констатировал: это конец. Они меня возьмут.

И когда я уже почти смирился с этим, готовый принять вторую смерть за две короткие жизни, в моей голове раздался ее голос. Не деловитый, не саркастичный. В нем звенела человеческая тревога.