Книга Воздушная кавалерия. Том 2, страница 26 – Джек из тени

Я сжал зубы, этот человек с осколком командовал взводом и ни разу не пожаловался.

— Пункт второй: вооружение. До сегодняшнего дня на вооружении состояли винтовки образца 1861 года, находящиеся в неудовлетворительном техническом состоянии. Прилагаю акт осмотра с перечислением дефектов.

— Алиса, выведи на внутренний экран схему ствола той первой винтовки.

Передо мной возникла трехмерная модель, испещренная красными точками, обозначавшими раковины и трещины. Я с ювелирной точностью, глядя на эту модель, начал перерисовывать схему на бумагу. Рука двигалась сама, послушная командам из мозга.

— Пункт третий: тактическая подготовка. Полностью отсутствует, личный состав обучен только основам штыкового боя, что является анахронизмом в условиях современной войны.

— А теперь, Алиса, самое интересное. Раздел «Предложения». Предлагаю реорганизовать взвод по принципу малых тактических групп. Три отделения по десять человек. Каждое отделение разбивается на две боевые группы по пять человек.

Перед моим внутренним взором возникла тактическая карта. Фигурки моих солдат двигались по ней, выполняя сложные маневры.

— Каждая группа: старший стрелок, пулеметчик, второй номер, гранатометчик и снайпер-наблюдатель.

— Командир, у нас нет пулеметов и гранатометов, — резонно заметила Алиса.

— Пока нет. В рапорте мы назовем их «стрелок с тяжелым вооружением» и «боец со средствами усиления». Орлов все равно не поймет разницы. А мы будем готовить людей под конкретные задачи.

Час за часом я диктовал, а Алиса структурировала. Мы расписали все, новую программу физической подготовки с упором на выносливость и марш-броски. План тактических занятий: отработка действий в двойках, тройках, штурм зданий, организация засад, противозасадные маневры.

Затем пошли технические предложения. Я знал, что полноценную модернизацию мне никто не даст. Поэтому я предложил то, что можно было сделать на коленке, в батальонных мастерских.

— Алиса, схема простейшего оптического прицела. Кратность два с половиной, то, что можно сделать на коленке, но при этом не палить Консоль.

Через секунду передо мной был готовый чертеж. Простой, уродливый, но абсолютно рабочий, я срисовал его.

— Теперь средства связи. Берем старый полевой коммуникатор. Выкидываем половину потрохов, меняем схему питания, добавляем выносную антенну. Дальность увеличится втрое, помехозащищенность вдвое.

Алиса фыркнула.

— Командир, это варварство. Я могу предложить схему на основе квантовой запутанности…

— Алиса, консервная банка в качестве материала. Это наш технологический предел на сегодня.

Я писал, не замечая, как за окном сгущаются сумерки. Рука затекла, пальцы сводило от напряжения, но я не останавливался. Это был не просто рапорт. Это была моя программа, мой манифест. План по превращению сброда самоубийц в эффективное, смертоносное подразделение.

Когда я поставил последнюю точку, за окном было уже совсем темно. В казарме зажгли тусклые лампы. Солдаты, вернувшиеся с ужина, с любопытством поглядывали на меня. Я сидел за импровизированным столом из ящика, окруженный стопками исписанных листов.

Передо мной лежало двадцать страниц текста, схем и чертежей. Произведение инженерной и тактической мысли, которое в любом нормальном штабе вызвало бы безудержную радость и чувство праздника. А здесь…