Книга Воздушная кавалерия. Том 2, страница 24 – Джек из тени

— Что в этих ящиках? — спросил я, не оборачиваясь.

— Тряпье, — не моргнув глазом, ответил каптенармус. — Ветошь для чистки.

— Открой.

— Да чего там смотреть…

— Я сказал, открой.

Мой голос не повысился ни на децибел, но что-то в нем заставило каптенармуса поежиться. Он нехотя подошел, взял со стола ломик и с видимым усилием поддел крышку верхнего ящика. Крышка с противным скрипом оторвалась.

Внутри, в промасленной бумаге, ровными рядами лежали самозарядные карабины, очень похожие на СВТ-40 из моего мира. Короткие, прикладистые, с отъемными магазинами. Я протянул руку и взял один. Он был тяжелее мосинки, но идеально ложился в руки. Я с лязгом оттянул затвор, ход был мягким, упругим. Никакого скрежета, никакого песка. Оружие было абсолютно новым, покрытым густым слоем консервационной смазки. Оно пахло не забвением, оно пахло боем.

— Какое интересное «тряпье», — пробормотал я, поворачиваясь к каптенармусу. Его лицо приобрело тот же оттенок, что и его волосы.

— Это… это резерв! — заблеял он. — Особый склад! Трогать не велено! Приказ самого капитана Орлова!

Я посмотрел на Матвеева. На его каменном лице впервые за все время нашего знакомства промелькнула эмоция. Удивление. Он, похоже, тоже не знал об этом сокровище.

— Значит, капитан Орлов приказал вам вооружить штрафной взвод ржавым хламом, а новое оружие держать под замком? — уточнил я.

— Ну… да! Он сказал, этим оболтусам и такое сойдет! Все равно в первом бою потеряют!

Я усмехнулся, логика аристократа. Зачем давать быдлу хорошие инструменты, все равно сломают.

Я положил карабин на ящик и подошел к каптенармусу вплотную. Он был ниже меня на голову и инстинктивно вжал голову в плечи.

— Слушай сюда, служивый, — прошипел я ему прямо в лицо. — С этой минуты приказ капитана Орлова в отношении оружия третьего взвода можешь засунуть… в общем, аннулировать. Ты меня понял?

Он судорожно закивал.

— Сейчас ты берешь двух бойцов, которых пришлет сержант Матвеев. И к вечеру все тридцать карабинов, а также револьверы из того ящика, — я ткнул тростью в соседний штабель, — должны быть вычищены от смазки, смазаны заново и находиться в пирамиде в казарме третьего взвода. Вместо этого ржавого мусора. Мусор подготовишь к списанию, если к ужину приказ не будет выполнен, я лично напишу рапорт полковнику Арсеньеву. Не о нарушении приказа, нет. О хищении и продаже казенного имущества. С подробным перечислением, сколько карабинов и револьверов ты уже успел толкнуть на черный рынок.

Его глаза стали размером с блюдца. Он понял, что я не шучу, что у меня действительно могут быть «источники».

— Так точно, ваше благородие! Будет исполнено! В лучшем виде!

— Вот и отлично, — я отступил от него. — Сержант, проконтролируете.

Я повернулся и пошел к выходу, не удостоив каптенармуса больше ни единым взглядом. У самой двери я остановился и обернулся к Матвееву, который все еще стоял у стены, переваривая увиденное.

— Сержант, после ужина соберите взвод. Будем приводить оружие к нормальному бою. Похоже, у нас много работы.

Он молча смотрел на меня несколько секунд. Затем медленно, основательно кивнул. Один раз, этот кивок стоил больше, чем любые слова.

Я вышел из оружейной на свежий воздух. Первая битва была выиграна.

* * *

Весь остаток дня до ужина казарма гудела, как растревоженный улей. Новость о смене вооружения разлетелась мгновенно. Когда Матвеев привел двух бойцов, и они, матерясь от натуги, потащили в казарму первый ящик с новенькими карабинами, воцарилась гробовая тишина. А потом началось.