Книга Воздушная кавалерия. Том 5, страница 38 – Джек из тени

Я сделал паузу, давая им осознать мои слова.

— Меня вполне устроит любая старая верфь. Та, что сейчас действительно ржавеет где-нибудь на окраине, висит на балансе Адмиралтейства мертвым грузом и приносит одни убытки и головную боль вашему финансовому департаменту, — я многозначительно посмотрел на Рейтера. — Та, от которой вы сами были бы рады избавиться, но не можете из-за бюрократических проволочек. Отдайте ее мне, я сам ее восстановлю, закуплю нужное оборудование, найду людей. Вы не потратите ни копейки из бюджета. Вы просто избавитесь от проблемного актива. А взамен получите не просто один патент, а целое конструкторское бюро, работающее исключительно на нужды флота.

Эта поправка кардинально меняла все дело. И я видел это по их лицам, мое предложение из безумной авантюры превратилось в хитроумную и очень выгодную для них сделку. Адмиралы снова замолчали, но теперь в глазах не было гнева. Была напряженная работа мысли. Они переглядывались, и я видел, как в их взглядах зарождается интерес. Макаров довольно крякнул и с одобрением посмотрел на меня. Даже на лице Рейтера появилось задумчивое выражение.

— Позвольте, — вдруг раздался тихий голос из самого дальнего конца стола. Говорил пожилой, седовласый адмирал, который до этого не проронил ни слова. Судя по знакам отличия, он отвечал за хозяйственную часть флота. — А ведь есть такой объект, Ореховская верфь.

При этих словах по столу прошел оживленный шепоток. Я видел, как адмиралы обмениваются понимающими взглядами.

— Точно, Ореховская! — подхватил Макаров. — Та, что осталась после банкротства князей Мещерских лет десять назад. Они тогда пытались строить на ней какие-то экспериментальные яхты, влезли в долги и прогорели. Верфь отошла казне за долги, и с тех пор стоит, как памятник человеческой глупости.

— Она в хреновом состоянии, — вставил свое слово Рейтер, но уже без былого гнева, а с нотками делового интереса. — тот же фарватер заилился. Чтобы ее запустить, нужны колоссальные вложения. Мы несколько раз пытались ее продать с аукциона, никто не позарился даже по себестоимости.

И тут я понял, что нащупал то, что искал, ту самую болевую точку.

— Меня это не пугает, — твердо произнес в сторону адмиралов. — Состояние несущих конструкций? Глубина фарватера у причальной стенки? Наличие подведенных энергетических и транспортных коммуникаций? Площадь самой верфи и прилегающих земель? Предельный класс судов? Это все, что мне нужно знать. Остальное мои проблемы.

Мои короткие вопросы окончательно убедили коллегию, что я не дилетант и прекрасно понимаю, во что ввязываюсь. Ушаков, все это время молча наблюдавший за ходом переговоров, поднял руку, призывая всех к тишине. Он посмотрел на меня своим долгим, изучающим взглядом. А затем его взгляд скользнул в темный угол зала, где все это время, как тень, сидел неприметный человек в сером штатском костюме, которого я заметил еще в самом начале. Вариантов кто это было не так уж и много.

Этот невзрачный подданный империи не сказал ни слова за все это время. Но сейчас, когда взгляд Ушакова обратился к нему, он едва заметно, почти неуловимо, кивнул. Ушаков снова перевел взгляд на меня. На его губах снова появилась та самая едва заметная улыбка.

— Хорошо, капитан Строганов, — медленно произнес адмирал. — Ваше предложение заслуживает рассмотрения. Я готов его поддержать, но при одном условии.