Книга Воздушная кавалерия. Том 5, страница 37 – Джек из тени

— Именно поэтому я и не прошу у вас денег, — спокойно ответил ему, возвращаясь к своему стулу. Я сделал свой ход, теперь мяч был на их стороне. — Деньги, это лишь инструмент. А мне нужна производственная база, на которой я смогу реализовать не только этот проект, но и десятки других. Я предлагаю вам партнерство, вы даете мне возможность строить, я даю вам технологии, которые вы не сможете купить ни за какие деньги. Вам нужно лишь предоставить мне место, где я смогу это сделать.

Мое контрпредложение было на столе. Безумное и дерзкое, но, с точки зрения долгосрочной стратегии, невероятно выгодное для них. Вопрос был лишь в том, хватит ли у этих старых морских волков мудрости и дальновидности, чтобы увидеть эту выгоду за ширмой моей неслыханной наглости.

Зал заседаний гудел, как растревоженный улей. Мое предложение, абсурдное на первый взгляд, взорвало их привычный мир, заставило их думать в совершенно иных категориях. Адмиралы, забыв про чины и субординацию, начали вполголоса переговариваться, бросая на меня то изумленные, то задумчивые взгляды.

— Он сумасшедший! — донесся до меня шипящий шепот одного из них. — Требовать верфь за бумажки!

— А ты слышал, что он сказал? — возражал ему другой. — «Все будущие разработки». Если хоть половина из них так же хороша, как этот его вычислитель, то…

— Но верфь! Государственную верфь! Это же прецедент! — возмущался третий. Я сидел молча, не вмешиваясь в их спор, и наблюдал за этой сценой с холодным любопытством. Наблюдал со стороны, как в седых головах идет борьба между консервативным мышлением, привыкшим все измерять в деньгах и параграфах устава, и прагматичным расчетом, который подсказывал им, что мое предложение, при всей его дикости, может оказаться невероятно выгодным.

Главным моим противником был вице-адмирал Рейтер, финансист. Его тонкое, аскетичное лицо было искажено гримасой брезгливого негодования.

— Ваше Высокопревосходительство, — обратился он к Ушакову, стараясь говорить громко и отчетливо, чтобы перекрыть общий гул. — Это недопустимо! Мы не можем разбрасываться государственным имуществом, тем более таким стратегически важным, как судостроительная верфь. Существуют утвержденные процедуры, бюджеты, аукционы, в конце концов… То, что предлагает капитан Строганов, это чистой воды авантюра, которая создаст опасный прецедент!

Но Макаров, артиллерист, который еще пять минут назад готов был меня испепелить, теперь смотрел на меня совершенно другими глазами.

— А я считаю, что в этом предложении есть здравое зерно! — прогремел он, перекрывая голос Рейтера. — Хватит мыслить, как лавочники! Мы говорим о будущем флота и технологическом превосходстве! Что нам дороже: ржавый эллинг, который и так приносит одни убытки, или оружие, которое позволит нам топить и сбивать в небе японцев за двадцать верст⁈

Я понял, что мне нужно вмешаться, пока их спор не зашел в тупик. Нужно было внести ясность, перевести разговор из плоскости эмоций в плоскость конкретики.

— Господа адмиралы, позвольте внести уточнение, — я поднялся, и мой спокойный голос заставил их на мгновение замолчать. — Кажется, вы меня не совсем правильно поняли.

Я посмотрел на Рейтера, чье лицо все еще выражало праведный гнев.

— Я не прошу у вас новый эллинг в Кронштадте или современную верфь на Балтике, — сказал с легкой усмешкой. — Я прекрасно понимаю их ценность, что флот не может себе позволить такие подарки.