Книга Воздушная кавалерия. Том 7, страница 48 – Джек из тени

Новость принес Воронцов. Граф приехал ко мне на верфь поздно вечером, один, без предупреждения. Я нашел его в своем кабинете, стоящим у окна. Генерал смотрел на огни ночной верфи, и в его фигуре было столько усталости и горечи, что я все понял без слов.

— Отказали, — сказал он, не оборачиваясь. — Сегодня пришел официальный ответ из Военного совета.

Я молча подошел и встал рядом.

— Причина? — спросил, хотя уже догадывался.

— «Недостаточная апробация новых образцов в войсковых условиях», — процитировал он с ядовитой усмешкой. — Пишут, что прежде, чем рассматривать вопрос о массовых закупках, необходимо провести полномасштабные войсковые испытания в течение не менее двух лет. В разных климатических зонах. С привлечением независимых экспертов. И еще целая страница подобного бреда.

Я молчал. Два года! За два года начнется и, возможно, закончится война с Японией. Это был плевок в лицо, нас в итоге просто просто послали. Но вежливо, официально, с соблюдением всех формальностей.

— Ростов в ярости, — продолжил Воронцов. — Уже полдня обрывает телефоны, грозится дойти до самого Императора. Но ты же понимаешь, это бесполезно. Система себя успешно защитила, они победили.

Граф, наконец, повернулся ко мне. Лицо старого генерала осунулось, в углах глаз залегли глубокие морщины. В этот момент он выглядел не как могущественный патриарх, а как старый, уставший солдат, проигравший свое последнее сражение.

— Мне жаль, Кирилл, — сказал тихо граф. — Я думал, мы сможем, но недооценил противника. Они слишком глубоко вросли в тело Империи. Не получится вырвать, не повредив все остальное.

Дверь кабинета распахнулась без стука, и в нее ворвался князь Ростов. Он был красен, как рак, седые волосы растрепались, а глаза метали молнии.

— Волки позорные! Воры! Казнокрады! — князь рухнул в кресло, тяжело дыша. — Я им это так не оставлю! Всех закопаю!

Ростов выглядел так, будто готов был лично отправиться в министерство и устроить там резню. Я молча налил стакан воды. Князь осушил содержимое залпом, немного успокоился.

— И что ты молчишь, зятек? — старик уставился на меня. — Неужели тебя это не злит? Твои гениальные разработки, твое оружие, которое может спасти сотни тысяч жизней, только что похоронили под грудой бумаг! А ты спокоен, как будто ничего не произошло!

Я посмотрел на двух этих могущественных, но сейчас совершенно раздавленных стариков. Оба были в ярости и отчаянии. Они проиграли, и ждали от меня того же. А я не чувствовал ни злости, ни разочарования, только расчетливый интерес. Я знал, что так будет. Система не могла отреагировать иначе.

— Успокойтесь, князь, — сказал ровным тоном. — Ничего еще не закончилось. Просто закрыли перед нами дверь. Но вы все забыли забыли, что есть еще и окно.

Оба патриарха уставились на меня с недоумением.

— О чем ты? — нахмурился Воронцов.

Но я не успел ответить. В этот момент у генерала завибрировал его личный коммуникатор. Особый, правительственный канал, который нельзя было проигнорировать. Воронцов посмотрел на экран, и его лицо мгновенно изменилось. Усталость и горечь сменились напряженным вниманием.

— Да, Ваше Высочество, — произнес генерал в трубку, вытянувшись по струнке, вскочив на ноги.

Воронцов слушал несколько секунд, его брови медленно ползли вверх.