Книга Наследие, страница 103 – Алексей Федотов

Для доверенности требовались два свидетеля -совершеннолетних, дееспособных и желательно дворянского звания. Резников расписался первым — быстро, мелко, неразборчиво, как расписываются люди, которые за жизнь подписали тысячи бумаг. Вторым позвали хозяина «Вороньей горы». Он тоже расписался, предварительно поговорив с Резниковым, и получив небольшой кошель с золотом, ушел низко кланяясь. Поверенный при этом демонстративно смотрел в окно.

Липкин сложил бумаги и достав из жилетного кармана часы, открыл, посмотрел.

— Два часа двадцать минут до закрытия банка, — сказал он и усмехнулся. — Успею с запасом. Если по дороге не прирежут в подворотне.

— А могут? — спросила Лена.

— Сегодня? — Липкин задумался. — Сегодня, барышня, вряд ли. Сегодня они еще надеются договориться. Резать начинают, когда понимают, что договориться не выйдет. Это, по моему опыту, обычно бывает дня через три-четыре.

Он поклонился Резникову и мне, но у двери обернулся.

— Еще одно, ваше сиятельство. Бесплатный совет. Ближайшие дни ешьте здесь, в трактире при таверне, и не принимайте приглашений на обед. Ни от кого. Даже от самых милейших людей.

— Почему?

— Потому что в Новоисте самые милейшие люди держат самых лучших поваров. — Липкин усмехнулся. — А у лучших поваров бывают о-о-чень интересные приправы.

Он вышел. Маркус пропустил его и проводил взглядом до лестницы. Внизу хлопнула дверь и во дворе застучали колеса.

После встречи с Липкиным, Олег Федорович выпроводил нас из комнаты в обеденный зал таверны. Маркуса попросил остаться, чтобы никто в комнату не входил. Судя по тому, что он после того, как мы вышли поставил полог, предстоял разговор с кем-то важным. Ну а кто у нас такой важный, что важнее архимага? Ответ очевиден. Дед конечно.

Мы спустились на первый этаж и заняли облюбованный нами стол — у камина. Я распорядился подавать обед через двадцать минут, а сам мысленно раскладывал пасьянс из прошедших событий, не обращая внимания на шушуканье моих невест.

Минут через десять спустился Резников мрачнее тучи с Маркусом. Тяжело присел на стул около камина. Помолчал.

— Ну что, отрок. Есть желание съездить туда откуда ты сбежал весной?

Неожиданно.

Нет. Мысли посетить то место, в котором я провел два последние года меня посещали, раз уж случилась оказия вернуться в этот город. Не так чтобы я сильно хотел попасть в место, где моего предшественника гнобили, но интерес был, да.

— Почему бы и нет, Олег Федорович.

— Вот! Правильный настрой. И девиц своих бери — покажешь им откуда ты.

Я хмыкнул.

Подали обед. Подавальщицы быстро уставили стол яствами, от которых поневоле начинал выделяться желудочный сок и выделятся слюна во рту.

Перед нами поставили шесть приборов и когда я вопросительно посмотрел на Резникова тот только усмехнулся. Интрига исчезла буквально через пять минут, когда дверь на улицу открылась, впустив Скоробогатова.

Я, честно говоря, его сразу не узнал. Никакой брони, никакого лоска. Передо мной стоял рядовой городской житель Новоиста с окраин. Серый потрепанный зипун, темные портки с заплатой и разношенные сапоги. Вышибала попытался ему перекрыть дорогу, но был остановлен окриком Резникова.

Архимаг показал на свободный стул и наказующий сел.

Полчаса мы ели и хвалили поваров таверны.