Книга Наследие, страница 100 – Алексей Федотов

«Сиди, — сказал я ей. — Рано».

— Вариантов у вас, ваше сиятельство, по-сути, три, — продолжил Липкин. — Первый, самый очевидный — вы подаете прошение в Палату гражданского суда о вводе во владение на основании дуэльного обязательства. Обязательство абсолютно законное. Дуэльное уложение позволяет ставить на кон имущество, если обе стороны — дворяне, условия оглашены при свидетелях. Палата рассматривает прошение, назначает опись. Опись проводит судебный пристав. Пристав составляет акт. Акт утверждает председатель Палаты. После этого вы владелец.

— Сколько это займет? — спросил я.

— Месяца два, если повезет. — Липкин развел руками. — Если не повезет, полгода. Председатель Палаты, господин Мятлев, каждое воскресенье играет в карты у мэра. По маленькой. Проигрывает обычно мэр.

Хороший способ брать взятки.

— Понятно.

— И за эти два месяца, — невозмутимо продолжил Липкин, — из Ракитного вывезут все, что можно увезти. Лес вырубят и продадут, зерно и лошадей продадут. Мельницу, возможно, сожгут. Так… Чисто случайно. Дом на Садовой окажется заложен. Задним числом, разумеется, но с безупречными бумагами. Со счета в банке Шубина деньги снимут сегодня же вечером, а пай в торговом доме… выяснится, что еще в прошлом месяце продан. Тоже задним числом. За один рубль.

— За один рубль, — повторила Аня с лавки.

— Иногда за пятьдесят копеек, барышня. Для разнообразия.

Резников у камина хмыкнул.

— Второй вариант? — спросил я.

— Второй вариант — отступное. — Липкин загнул второй палец. — Вам ведь вчера уже предлагали?

— Предлагали. Пятьдесят тысяч. Частями.

— Пятьдесят, — кивнул Липкин. — Но это была вчера. А мне сегодня, в семь утра, через третьи руки, предлагали уже семьдесят! И не частями, а разом. Если я уговорю вас согласиться, мне обещали еще три тысячи сверху. Лично мне. За посредничество.

Жаба высунулась, уселась и сделала стойку, как охотничья собака. Семьдесят тысяч разом. Без всяких двух месяцев судов и приставов.

— Кто предлагал? — спросил Резников.

— Человек Кудрина. Фамилия Сысоев. Мелкая сошка, но говорил от имени хозяина, это было ясно. — Липкин повернулся ко мне. — И теперь, ваше сиятельство, вопрос. Почему вчера пятьдесят, а сегодня семьдесят? Что такого случилось за ночь?

— Они поняли, что состояние стоит больше, — сказал я.

— Нет. — Липкин покачал головой. — Это они знали и вчера. За ночь случилось другое. Кудрин сообразил, что тридцать долей его торгового дома достаются человеку, которого он не знает — ученику архимага из Академии. Вот что случилось. Им не нужны ни Ракитное, ни дом на Садовой, ни даже деньги в банке. Пусть бы вы все это забрали, они бы и слова не сказали. Но им нужен пай. Отступное — это способ получить его обратно, не объясняя зачем.

Я посмотрел на прикрытый тряпкой браслет на столе. Зачем им отступное за пай я знал.

— А если не соглашаться? — спросил я.

— Тогда третий вариант. — Липкин загнул третий палец и наконец положил руку на стол. — Мы не ждем два месяца. Мы делаем все сегодня. Быстро, и в правильном порядке, пока противник еще не проснулся окончательно. Первое, до закрытия банка Шубина, а закрывается он в два часа пополудни, я подаю в уездное дворянское присутствие заявление о наложении запрещения на счет и на дом. Предводитель уездного дворянства, господин Апраксин, мэра терпеть не может. Мэр три года назад перекупил у него подряд на мостовые. Апраксин с удовольствием подпишет. Запрещение вступает в силу с момента вручения банку. Вручу лично.