Книга Меж двух огней, страница 36 – Артём Март

— Ответь на наши вопросы, Асих, — сказал я, — тогда вернешься к своим. А если нет… Если нет, то завтра окажешься в Союзе. Тогда ты все равно все расскажешь, но шанса вернуться к своим у тебя не будет. Решать тебе, Асих.

Асих не ответил. Он впал в беспамятство. Стал бормотать что-то на урду. Метаться. По щекам его побежали слезы. Непонятно было — результат ли это нестерпимой боли или же следствие метаний в бреду.

Когда мы думали, что в себя он больше не придет, взгляд Асиха вдруг прояснился. Он взглянул на меня.

— Селихов… Ты?..

— А… Зараза… — выругался Муха, — он в горячке. В бреду. С ним разговаривать бесполезно! Так и будем по кругу ходить!

— Б-больно… — протянул Асих, сощурившись.

— Ты должен ответить на наши вопросы, Асих, — снова сказал я, — тогда получишь обезболивающее. Боль уйдет.

— Саша! Он не понимает! — разозлился Муха, — он бредит! Сука… Все было бесполезно! Он…

— Сначала обезболивающее, — проговорил Асих внезапно, — потом… Потом информация…

— Хрен тебе, а не обезболивающее! Кались сначала, где духи оружие прячут? — прикрикнул на него Муха.

— Тихо, Боря, — остановил я старшего лейтенанта. Потом обратился к Громову: — товарищ майор. Введите ему обезболивающее, пожалуйста.

— У меня есть кое-что в аптечке, — задумался Громов, а потом, не говоря ни слова, вышел вон.

— Обезболивающее будет, — кивнул я Асиху.

— Х-хорошо… Невыносимо… Болит…

— Говори, что за американец? — сказал я, — где оружие?

— А я вижу… Вижу, что вам нужен… — Асих выглядел измотанным. Казалось, каждое слово отнимает у него последние силы. — Вы не хотите, чтобы я сдох…

— Что за американец? — с нажимом повторил я, — где именно душманы прячут оружие для пакистанской операции «Пересмешник»?

Взгляд Асиха вдруг стал осмысленнее. Казалось, это произошло как только он услышал о «Пересмешнике».

— Ты знаешь? — удивился он.

— Где оружие, Асих?

Асих откинул голову. Уставился в колеблющийся полог палатки.

— Я… Я скажу… но у меня есть еще одно условие…

Асих смотрел на меня. Его взгляд был пристальным. И вместе с тем каким-то натужным. Я понимал — пакистанец измотан до такой степени, что даже простой зрительный контакт требует от него невероятного напряжения сил.

— Еще одно? — Надулся и без того мрачный Муха. — А не больно-то много тебе чести, а?

Асих не посмотрел на Муху. Не удостоил его даже мимолетным взглядом.

— Говори, — приказал я ухмылявшемуся пакистанцу.

— Мой нож, — прохрипел Асих, — я требую, чтобы мне вернули нож, который ты отобрал у меня тогда, в ущелье. Это…

Асих осекся, скривился от боли. Быстро, глубоко задышал, пересиливая очередной, особенно сильный приступ.

— Это подарок от отца… — закончил он.

— Что за глупости? — не понял Муха.

— Я хочу сохранить воинское достоинство, — немного помолчав и собравшись с силами, заявил Асих. — Если мне суждено сегодня умереть от ран, я хочу сделать это с оружием в руках.

— Исключено, — покачал я головой.

Асих с трудом сузил глаза.

— Тогда никакой информации не будет.

— Ах ты сукин сын… — разозлился Муха, но я не дал ему договорить. Только остановил старшего лейтенанта жестом.

Как ни странно, это сработало. Видя властность моего жеста, Муха инстинктивно замолчал. А потом даже удивился своему поведению. На несколько мгновений застыл с расширившимися глазами.